Dedal: А вот обращение "братья и сёстры" не имеет сугубо религиозного контекста. Это апелляция к славянской общности
Нет, не могу согласиться.
Как раз в первую очередь тут пахнет опиумом для народа. Но унюхать это могли только те, кому нос не отбили только по недоразумению или просто руки не дошли еще. Виссарионыч вряд ли имел в виду опереться на эту сволочь. Вырвалось...
А славянские мотивы я тут вообще никак не чувствую. Хотя и не чурка...
Хотя этот вопрос обсуждался несколько страниц назад, хотелось бы к нему вернуться.
Речь партийных руководителей советского периода переполнена символизмом. То, что учеников в школах одно время заставляли с лупой выискивать на тетрадях свастики - это не случайность, а особенность того времени, когда символичность, знаковость видели во всём. Соответственно, за словами, употребляемыми в официальной прессе, был закреплён определённый смысл, а неумение владеть этим смыслом сразу отличало своего от чужого.
Не является исключением и обращение Сталина по поводу начала войны. Причём интересно то, что простые люди могли его воспринимать, как сейчас воспринимаем мы с вами, но для партийца высокого ранга оно имело свой смысл.
Товарищи! - это к членам партии.
Граждане! - это к беспартийным.
Братья и сёстры! - это к сочувствующим, живущим за рубежом или на уже оккупированных территориях.
Бойцы нашей армии и флота! - к красноармейцам и матросам.
Термин "наши братья и сёстры" был весьма ходовым в советской довоенной прессе, да и первое время после войны тоже (вышел из оборота он разве что при Брежневе, когда излишняя эмоциональность и аффектация в пропаганде стала дурным тоном), и относился именно к тем, кто не испытал ещё радостей социализма, а потому был как бы и не совсем свой.
P.S. Сказанное выше - не моя идея, а почти дословный пересказ статьи известного лингвиста. С которым, впрочем, я вполне согласен.