Rzay
Дистрибьютор добра
А разве не так - с учетом того, что их (Моголов) империя по сути развалилась лет за сто до этого?Иными словами, субсидия от англичан - это был единственный источник благосостояния последнего императора Индии?
А разве не так - с учетом того, что их (Моголов) империя по сути развалилась лет за сто до этого?Иными словами, субсидия от англичан - это был единственный источник благосостояния последнего императора Индии?
Вы так говорите как будто тогда была какая то единая Индия. В то время как к моменту внедрения англичан в Бенгалию она уже распалась на ряд неподконтрольных центральному правительству территорий.Иными словами, субсидия от англичан - это был единственный источник благосостояния последнего императора Индии? Реальной власти у него не было, но какие внутренние и скрытые чувства он испытывал к англичанам, если не судить только лишь по источникам английского происхождения того времени? Да и есть ли такие, или скрупулезно и тщательно были "зачищены" в свое время?![]()
Первые, кто вспоминается - Лакшми Баи и Тантия Топи.А насколько много индуистов участвовали в сипайском восстании?
На момент восстания Индия колонией БИ формально не являлась.
А в Мадрасской армии наверное преобладание индуистов было ещё большим?Сипайское восстание было, прежде всего, восстанием Бенгальской армии, в которой преобладали именно индуисты, причем, представители высших каст
А в Мадрасской армии наверное преобладание индуистов было ещё большим?
А в Бомбейской армии преобладали тоже индуисты или таки уже мусульмане?
Хотя в населениии % мусульман там меньше, чем на территории Бомбейской и Бенгальской армий!Между тем, реальные статистические данные на 1856-58 г. дают нам информацию о том, что в Мадраской армии количество мусульман было выше (на 41 705 чел. - 15 371 чел. мусульман)
Хотя в населениии % мусульман там меньше, чем на территории Бомбейской и Бенгальской армий!
Наверное так англичане сделали специально - из принципа разделяй и властвуй?
http://qebedo.livejournal.com/80762.htmlСторонники "социально-классового" подхода к причинам восстания вседа считали скучной пошлостью отвечать на два вопроса: почему бухнуло только среди сипаев (всякие раджества и крестьянства присоединялись к уже восставшим солдатам), и почему только в армии Бенгальского президентства (Бомбейская и Мадрасская армии к мятежу не примкнули)? А ответы очень простые - сипаи Бенгальской армии обиделись не за "угнетение Индии", не за "тяжесть колониального гнета" и даже не за "жестокую эксплуатацию и террор со стороны английского офицерства" (всех этих вещей не было) - они обиделись за себя, любимых.
Во-первых, дело в том, что еще с XVIII века в армии Ост-Индской компании стало традицией набирать сипаев из одних и тех же областей, городов и деревень. Как представители высших варн брахманов и кшатриев, воины-сипаи имели свои мелкие наделы (еще до вербовки в армию), освобождавшиеся от налогов. Но после аннексии княжества Ауд, где располагались наделы многих раджпутов, подавшихся в сипаи, "дальновидное" начальство Компании отменило "всякие туземные" налоговые привилегии, что быстро привело к продаже большинства участков сипаев за долги и из-за невозможности их содержать. Из помещиков, пусть и мелких, сипаи превращались в пролетариат.
Второй момент - при вербовке на службу представители варны брахманов получали гарантии, что не будут служить за пределами того, что они понимали под "Индией". Потому что по их религии им это было "некошерно". Долгие десятилетия, пока войны Компании велись в основном в пределах Деканского полуострова, это условие соблюдалось. Но в 1850-х годах обострилась ситуация в Бирме (в 1852 году даже случилась 2-я англо-бирманская война), и генерал-губернатор Далхузи решил, что "хватит потакать этим замшелым предрассудкам" и распорядился взять с бенгальских сипаев обязательство служить "куда пошлют". И хотя его преемник сразу же отменил сие глупое распоряжение, умы уже успели "забродить".
В-третьих, сипаям банально сократили жалованье - их стало много (до 250 тысяч - тогда как в европейских войсках Компании было всего 36 тысяч человек), а масштабные войны со всякими маратхами и хайдарабадцами давно закончились. Тут-то и родились проекты "всеобщей экономии", рожденные радетелями о государственной выгоде.
Четвертая "ложка дегтя" появилась уже по принципу домино - возбужденные сипаи начали рассказывать друг другу страшные "рассказки" о том, что всех их намерены насильно обратить в христианство. Как выше упоминалось, телодвижения в эту сторону всякие чиновники делали, так что совсем уж фантастическим бредом сие не показалось. Само по себе оно бы ничем в итоге не обернулось, поскольку в реальности никаких планов на этот счет не существовало, но в комбинации с первыми тремя фактами сдвинуло мозги бенгальцев в состояние "набекрень". Брожение добралось до самых пещерных пластов сознания - религиозных страхов и фобий, и разнообразные фанатичные "агитаторы", которых всегда в изобилии поставляли различные радикальные секты и движения что ислама, что индуизма, начали получать благодарную аудиторию в лице сипаев Бенгальской армии.
В общем, нужен был только повод для того, чтобы буза началась. И согласно законам шоу-бизнеса, этот повод не обязательно должен был существовать в реальности - достаточно было искры чьего-нибудь воспаленного воображения...
Почти любой русскоязычный автор, повествующий о восстании сипаев, рассказывает душещипательную историю о том, что для сипаев приготовили новые патроны, смазанные коровьим и свиным жиром, что было жутко, смертельно некошерно для индусов высших каст (коровий - они "теряли варну" и становились париями) и для мусульман (свинья - животное нечистое). В некоторых сочинениях колониальное начальство спохватывалось и не раздавало "нечистые" патроны, но "уже было поздно - умы возбудились", а кое-то валит прямо - надкусили, потому и сбесились...
На самом деле производство новых "некошерных" патронов хоть и было начато, но вовремя прекращено - местные колониальные чиновники всё же не были полными кретинами. И единственной частью, куда могли попасть "неправильные" патроны даже "чисто теоретически", был 60-й стрелковый полк в Мируте. Но, как всегда, не просчитали человеческую злобу и мстительность. Рабочий фабрики, на которых начали делать "неправильные" патроны, был низшей касты, и обсмеять и обидеть его было просто необходимо для уважающих себя сипаев-брахманов из 37-го Бенгальского пехотного полка, которы где-то с ним "пересеклись" во внеслужебное время. В ответ злобный смерд обсмеял их, заявив, что все они теперь ниже его, ибо потеряли свою варну, понадкусав "некошерные" патроны. Врал, собака (см. выше), но знал, чем уязвить "высших" в самое печень.
Ну, не знаю, как объяснить, что почувствовали сипаи, когда такое услышали... Представьте себе ополченцев Новороссии, проснувшихся с кусками сала во рту... Или патриотов России, обмазанных соусом из "МакДоналдса". В общем, началась страшная буза. Тщетно офицеры предлагали им раздавать несмазанные патроны, чтобы они их смазывали сами пчелиным воском или бараньим жиром - сипаев это лишь убедило в том, что "ага, значит, патроны-таки неправильные!" Тогда офицеры предложили им не скусывать патрон, а рвать его руками. Но "логика бреда" уже включилась, и сипаи возражали, что "в пылу сражений" будут забываться и делать так, как давно привыкли - скусывать. В общем, каждая попытка офицерства потушить пламя напоминала теперь брызги керосина на открытый огонь....
Известие о мятеже в 37-м Бенгальском пехотном полку вызвало волнения среди сипаев и в других гарнизонах - в Агре, Аллахабаде и Амбалле. Но всё еще могло "само собой мирно утрястись", если бы не упрямство и кретинизм полковника Джорджа Кармайкла-Смита, командира 3-го Бенгальского полка легкой кавалерии. Ему втемяшилось в голову, что 9 мая (и в 2017 году всё прогрессивное человечество отметит не только День Победы, но и 160-летие начала Великого мятежа) нужно устроить в его полку стрельбы "новыми" патронами. Из 90 человек, назначенных на стрельбы, 85 отказались выполнять приказ и были заключены в тюрьму города Мирута, где всё это и просиходило. Утром следующего дня некоторые сипаи предупреждали европейских офицеров, что заключенных отобьют и "будет буза", но те не обратили особого внимания.
Мирут был гарнизонным городом, в нем служили 2000 английских солдат и 2300 сипаев. Но на стороне последних выступили извечные "союзники" любого мятежа - обитатели базаров. Они подожгли несколько домов, что стало сигналом к восстанию. Сипаи и туземцы на базаре стали нападать на солдат-англичан в увольнении (было воскресенье), потом начали громить европейский квартал. Убито было в общей сложности около 50 мужчин, женщин и детей. Остальные европейцы и часть служащих-индусов (особенно христиан) были спасены сипаями 11-го бенгальского пехотного полка, которые сопроводили их к навабу Рампура, предоставившего им укрытие. Мятежники же разбили ворота тюрьмы, выпустили своих товарищей, а также еще около 800 человек - должников и обычных бандитов.
Далее "коллективный разум" в лице наиболее бузливых из сипаев и "примкнувших к ним" бывших заключенных решил, что надо идти в Дели. Там Великий Могол, и там, в отличие от Мирута, нет английских войск - только сипаи. Англичане же в гарнизоне вели себя пассивно, заняв круговую оборону, и решились выслать разведку только утром следующего дня - тогда-то и обнаружилось, что мятежники ушли в Дели. Но если бы генерал Хьюитт отправился за ними в погоню, нагнал и разбил (а учитывая разброд и шатание "борцов за независиомсть", иного исхода и быть не могло), то многих последующих трагедий удалось бы избежать... Но увы.
11 мая толпа мятежных сипаев и "борцов за свободу гражданских специальностей" появилась в Дели. В городе стояли гарнизоном три батальона бенгальцев, которые разделились примерно надвое - часть примкнула к повстанцам, часть "объявила нейтралитет", но препятствовать тут же развернувшемуся погрому не стала. Убивали (и грабили имущество) европейских чиновников и коммерсантов, членов их семей, слуг и служащих-индусов, особенно (опять же) христиан. Кульминацией стали события в арсенале - 9 британских офицеров заперлись там и отстреливались, а когда стало ясно, что помощь из Мирута не придет, взорвали арсенал. Впрочем, шестеро из них выжили, а часть оружия всё-таки попала к повстанцам, как и 3000 баррелей пороха с другого склада.
Всё это время Великий Могол Бахадур-шах II не отвечал на громкие призывы "народа" с просьбой "выйтить". Зато нарисовались некоторые его придворные, "примкнувшие" к мятежникам. Дело в том, что не имевший прямых наследников (сыновья у него были, но от жен, брака с которыми Ост-Индская компания не признала) правитель подлежал "выморочному закону" - Компания официально объявила, что после его смерти нового Могола не будет. "Дедушка" просто доживал своё, ибо был уже стар (72 года). Но вот его придворным перспектива в скором времени потерять свои синекуры никак не улыбалась. Поэтому под их нажимом в итоге Бахадур через несколько дней "явил" свой лик, заявил, что поддерживает восставших и утвердил назначения "комитета повстанцев" (из сипаев и радикальной части горожан), особенно главнокомандующего вооруженными силами пуштуна Бахт-Хана, бывшего артиллерийского субедара. "Благодарный народ" в ответ провозгласил Бахадура "императором Индии".
отсюдаПосле всего этого основные события Великого мятежа происходили в трех местах - Дели, Лакхнау и Канпуре. В последнем проживал "рафинированный аристократ" Нана Сахиб, ущемленный всё тем же "выморочным законом" приемный (за то и ущемили) сын пешвы (наследственный глава правительства в государстве маратхов). Несмотря на отказ Компании в наследстве, радикальная часть маратхов считала его после смерти отца пешвой. Дальнейшие события показали, что был он редкостной крысой, причем злобной, но в современной Индии это не мешает считать его "ангельски чистым героем борьбы за свободу".
Командующий гарнизоном Канпура генерал Уиллер был женат на индуске и хорошо знал местные обычаи. Потому и был уверен, что "у нас ничего такого не будет". Даже послал две английские роты на помощь осажденным в Лакхнау. Но на "всякий случай" приказал укрепить в южной части города две казармы, окруженные земляной стеной. Почему именно их, а не каменный форт на севере - до сих пор спорят. И вовремя - обстановочка накалялась, высланная на разведку из гарнизона туземная кавалерия взбунтовалась и ушла к мятежникам в Дели. Пьяный английский офицер выстрелил в сипайского часового, суд его оправдал, и среди сипаев поползли слухи, что англичане их всех соберут на плацу и перебьют.
5 июня началось восстание - три пехотных и один кавалерийский полк бенгальцев набросились на европейцев. Однако большая их часть (около 900 человек) смогла укрыться в укреплении, а сипаи решили податься в Дели. Однако на пути туда они встретили Нана Сахиба. Этот "аристократ" до поры прикидывался союзником англичан, и даже послал Уиллеру на помощь несколько человек. Но потом решил, что пришла пора восстановить "Великую Маратхию" - с собой во главе, естественно. И встретившихся сипаев стал уговаривать "плюнуть" на "щирых могольцев" ради "законного государя". Те мялись и не поддавались. Тогда Сахиб обещал двойную плату и кучу золота после взятия Канпура. Так появилась на свет "армия государства маратхов", которую возглавил друг детства Нана Сахиба, маратх Та(н)тия Топи, выросшая сразу до 10-12 000 человек.
Впрочем, даже куча золота не могла победить один раз проснувшуюся и не желавшую покидать мозг сипаев возбудимость к бреду. Какой-то "великий ум" распространил "сведения", что Уиллер заминировал насыпь и взорвет ее нафих, как только сипаи на нее взлезут. Посему из стапицот штурмов, устроенных за три недели, ни один не удался. Но англичане тоже несли сильные потери - в основном из-за непрерывного артобстрела и снайперов (единственный колодец гарнизона находился на простреливаемом месте). После того, как сына Уилера убило пушечным ядром, генерал дрогнул и начал переговоры о сдаче. Нана Сахиб "мамой дорогой поклялся", что англичанам (солдатам, гражданским, женщинам и детям) дадут проход к пристани на Ганге, откуда они на лодках уйдут в Аллахабад. Чего, естественно, не произошло - 27 июня случилась "резня в Сачиура Гат". Во время посадок на лодки сипаи атаковали англичан и всех перебили - спастись с превеликими приключениями и опасностями удалось только двум солдатам и двум офицерам, которые и рассказали о случившемся. Правда, женщин и детей "борцы за свободу" пока не тронули - их перебили потом, 15 июля, в Бибигаре "в ответ на казни настоящих патриотов Индии британцами". Там погибло около 200 человек. Естественно, что "индийская национальная историческая школа" вкупе с "прогрессивными историками всего мира" с пеной у рта настаивает, что "Нана неуиноуатый, его подставили". Однако насчет Тантии Топи, например, это делается с уже куда большим и "невооруженно-видимым" скрипом.
10 мая 1857 года солдаты-индийцы английского гарнизона города Мирута перебили своих офицеров и подняли знамя борьбы против ига Великобритании. Мятежные полки сипаев двинулись в древнюю столицу Индии Дели, где были встречены восторженными толпами горожан. Восставшие беспрепятственно вошли в город: солдаты делийского гарнизона присоединились к ним. Повстанцы, окружив дворец Бахадур-шаха, последнего падишаха некогда могущественной династии Великих Моголов, провозгласили его императором Индии. Власть английской Ост-Индской компании в Индии была объявлена низверженной.
160 лет с начала восстания
почему Цейлон не входил в состав Индии при британцах?