Явившись домой (точнее, к Фавсту), Милон был зол как сто тысяч гарпий. Наградив рабов, которых угораздило попасться на его пути, увесистыми затрещинами, он ввалился к своей супруге и заявил не терпящим возражений тоном:
- Жена, собирайся!. Мы уезжаем из города!
Фавста была давно привычна к выходкам своего супруга, поэтому, нисколько не удивившись, поинтересовалась:
- Что, тебя отправляют в изгнание?
Такое предположение показалось Милону оскорбительным:
- Кто, эти? Да пусть они только попробуют! Да они меня пальцем тронуть не посмеют! Я им не какой-нибудь Цицерон! Я сам кого хочешь в изгнание отправлю.
- Да? - флегматично переспросила Фавста. - Ну вот и хорошо, ты, главное, не волнуйся. Так куда же тебя несет в таком случае? И чего ты такой злобный?
- Да у меня эти недоумки из сената уже всю кровь выпили! Зла на них не хватает! Одна половина все мозги пропила, вторая половина в кармане у Помпея, а третья половина сидит и трясется, боится слово вякнуть, чтобы, не дай Юпитер, не разгневать великого человека!
- Что-то ты путаешь, Тит, третьей половины не бывает, половин бывает только две…
- Да в нашем уродском Сенате еще и не такое бывает! Ты себе представляешь, этот щенок Планк взял и наложил вето! Теперь у нас не будет интеррекса, консульские выборы опять не состоятся, а эта сволочь Помпей…
- Ладно, ладно, что ты так расшумелся, я уже все поняла. Так куда мы едем-то?
- Подальше от этой проклятой дыры! - отрезал Милон, но потом сообразил, что он все еще остается кандидатом в консулы - и кто его знает, как там все повернется: вот в прошлом году консулов вообще выбрали только летом - но ведь выбрали! - Нет, далеко не надо. Поехали в Ланувий, у них там завтра выборы фламина, от меня, кажется, что-то там требуется…
По мнению Фавсты, дыру похуже Ланувия надо было еще поискать, и что там потерял ее неугомонный супруг - совершенно непонятно. Но видя его состояние, спорить она не решилась и покорно согласилать ехать куда он скажет.