но я бы из этого эпизода сделала еще один вывод - Гораций однозначно воспринимал свои отношения с Меценатом, как клиента с патроном. И учитывая то стихотворение, где Меценат "ответил два слова" я склонна считать, что Меценат тоже сделал кое-что для того, чтобы их отношения носили именно такой оттенок.
С тем что начинались эти отношения как сугубо патроно-клиентские (а упомянутые тобой “два слова” и относятся к самому зарождению их отношений) я согласна. На мой взгляд, данные отношения постепенно, по ходу общения, переходили в личные, и этот переход завершился отношениями, характеризуемыми предсмертной просьбой Мецената к Августу “О Горации Флакке помни как обо мне”. Момент с имением, сново же на мой взгляд, мог возникнуть как выражение некоего конфликта моделeй поведения, естественным образов возникшего при переходе от старых (патроно-клиентских) к новым более личным отношениям.
Кстати, и сам Гаспаров, в чьей статье я наткнулась на эпизод с имением, считает его (эпизод) проявлением конфликта между сугубо патроно-клиентскими и болеe личными моделями отношений. Он, однако, (в отличие от меня) связывает данный конфликт не с переходом с течением времени в связке Меценат-Гораций от одной модели отношений к другой. А с тем что изначально и параллельно в кружке Мецената существовали обе модели поведения, как иерархически-клиентские, так и равноправно-дружеские, и накладываниe этих моделей друг на друга провоцировало в результате противоречия. *(Цитаты см. внизу) Дело в том, что Гаспаров показывает, что ко времени Мецената-Горация уже существовала устойчивая традиция патроно-клиентских отношений, в случае когда клиентом являлся известный поэт, не на "барско-холопском", а скорее на "приятельски-неформальном" уровне. **(Цитату см. внизу)
* Кружок Мецената был наследником обеих миновавших эпох - и таких кружков, которые мы представляем себе при Сципионе и Лута ции Катуле, и таких, которые мы видели при Кальве и Катулле. Отношения между главой и членами кружка в первую эпоху были иерархически-клиентские, во вторую равноправно-дружеские; в кружке Мецената они наложились друг на друга, и притом не без противоречий.
……………………………………..
Конфликт между дружескими и клиентскими отношениями показательнее всего выступает в послании I, 7: Меценат по-дружески просит Горация приехать к нему из подаренного им, Меценатом, имения. Гораций принимает просьбу друга за приказ патрона, отвечает отказом и пишет, что ради своей независимости он готов отказаться и от имения. В целом Меценату, кажется, удалось поддержать в своем кружке традицию неотерической дружбы или игры в дружбу.
Гаспаров М.Л. Поэт и поэзия в римской культуре
** Социальная ячейка, предпочитаемая поэзией нового типа, - дружеский кружок: negotium сводил людей в более широкие социальные объединения, otium сводит в более узкие. Основа таких кружков была унаследована досужим времяпрепровождением от делового: издавна каждый сенаторский дом обрастал клиентами, сплетался политическими "дружбами" с другими домами, входил в переменчивую систему связей, наверху которой стояли principes, optimates; вот такие дома (Сципиона Эмилиана, потом Лутация Катула) и стали первыми дружескими кружками - питомниками поэзии.
Конечно, при этом происходило переосмысление всех взаимоотношений, социальное неравенство покровителя и клиента стушевывалось аффектацией духовной общности и эмоциональной близости. Эмоциональный тон стихов Катулла к Кальву такой приятельский, что трудно вспомнить, что для окружающих они были клиентом и патроном; и даже в обращениях Лукреция к Меммию нимало не слышится той униженности, какая была в упоминаниях Теренция о его покровителях. Это было одним из достижений нового этикета urbanitatis. (Такое переосмысление традиционной политической дружбы на новый эмоциональный лад происходило и ретроспективно: вошедший в предания образ "дружеского кружка" Сципиона Эмилиана больше соответствует картине, созданной воображением Цицерона, чем исторической действительности.)
Гаспаров М.Л. Поэт и поэзия в римской культуре
