О признании Максима на Востоке.
Нет доказательств в пользу того, что Максим был признан в Константинополе. Вместе с тем мы не можем однозначно утверждать и обратное. Однако исходя из государственно-правового положения Империи напрашивается вывод о том, что Максима все-таки НЕ признали.
В том момент, когда Валентиниан III был убит на военном смотре, в Империи остался лишь один август - Маркиан. Он единственный имел право распорядиться судьбой престола на Западе выбрав себе коллегу или даже оставив это место вакантным. До него аналогичным образом поступали Валентиниан I (364), Грациан (379), Феодосий I (394), Феодосий II (425), а после него - трижды Лев I. Никто из самопровозглашенных августов не был признан в другой части Империи. Напомню, что в Константинополе не признали даже Констанция III (421), которого назначил формально "старший август" Гонорий, но без согласования с Феодосием и Пульхерией. Брак Максима с Евдоксией и Палладия с Евдокией конечно добавлял им легитимности, но лишь в глазах населения западной части Империи.