Нелюбимые авторы

fales

Претор
Т.е. в этом впоросе Вы с Лимоновым согласны? ;)
biggrin.gif


В том что "Войну и мир" читать невозможно из за скуки - да согласен.
 

Aurelius Sulpicius

Схоластик
Участнику "fales" выносится предупреждение за неприличные высказывания в отношении Льва Толстого.

Можно высказывать любое критическое отношение к Льву Толстому и его произведениям, но высказывания должны быть корректными по форме.

Сообщения участника "fales", а также цитирование его сообщений отредактировано.
 

Инквизитор

Перегрин
Почти все советские/российские фантасты, начиная со второй половины 20-го века. Их произведения напоминают бездушные, наукообразные отчеты о совершенных людьми действиях в развитОм будущем. Тема внутренних переживаний людей, их чувств, экзистенциального отношения к окружающему миру почти не раскрыта. Мне кажется, процентов на 70 эти рассказы/повести/романы состоят из банального выпендрежа: типа "посмотрите, какой я умный - я знаю о принципе сложения скоростей и тд...". Такие авторы, как Рыбаковский, Головачев, Михайлов совсем не думают о том, как их халтуру будут читать люди. Я бы на их месте постыдился вываливать эти недоделки на полки магазинов.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Почти все советские/российские фантасты, начиная со второй половины 20-го века. Их произведения напоминают бездушные, наукообразные отчеты о совершенных людьми действиях в развитОм будущем. Тема внутренних переживаний людей, их чувств, экзистенциального отношения к окружающему миру почти не раскрыта. Мне кажется, процентов на 70 эти рассказы/повести/романы состоят из банального выпендрежа: типа "посмотрите, какой я умный - я знаю о принципе сложения скоростей и тд...". Такие авторы, как Рыбаковский, Головачев, Михайлов совсем не думают о том, как их халтуру будут читать люди. Я бы на их месте постыдился вываливать эти недоделки на полки магазинов.
http://lleo.aha.ru/arhive/other/tihaya_skazka.shtml
:D
 

pavel

Плебейский трибун
В том что "Войну и мир" читать невозможно из за скуки - да согласен.
В принципе такое мнение имеет право на существоание. Русской классической (и не только) литературе долгое время приписывалась чисто дидактическая роль. Тема учительства остается популярной и по сей день. А зря. Я, например, читал Толстого с удовольствием, но вполне допускаю, что находятся люди, и таких немало, которых Лев Николаевич никак не трогает. К этому надо относиться нормально. Почему нельзя допускать нелестных высказываний в адрес Толстого? "Война и мир" вышла, кажется, еще в 60-е гг. XIX столетия, и на кого она повлияла? В советское время у нас все читали классику, и что в результате: страна оставлась рабски преданной своим коммунистическим монархам. Незаметно, что Толстой привил кому-то благородные идеи. Или возьмем, например, Чехова. Ленин прочитал его "Палату номер 6", сказал: "Вся наша Россия - палата номер 6" и пошел делать революцию.
 

pavel

Плебейский трибун
Попробую перечислить своих нелюбимых авторов, начиная с самых нелюбимых. Оставим в стороне Александра Сергеевича Пушкина - может, я в нем чего-то не понял, да и вообще - кто-то мне посоветовал читать классику. Ограничимся современными писателями. Пожалуй, самый нелюбимый - Милан Кундера, затем - Мишель Уэльбек, потом, пожалуй, Патрик Зюскинд. Показалась ужасно скучной книга Вирджинии Вулф "Миссис Дэллоуэй", неинтересным - Борис Виан, тягомотным - В. Набоков (Лолиту вообще нельзя читать из-за постоянной зевоты). Кундера склонен к садизму, Уэльбек скучен и совершенно не оправдывае возложенных на него ожиданий: если кто-то много слышал об этом писателе и надеется, что "Элементарные частицы" - образчик постмодернизма, жестоко разочаруется. Вполне традиционный роман в духе Золя, причем такой же мрачный: оба брата (главные герои книги)совершенно беспричинно погибают; один все время страдает из-за отсутствия внимания со стороны женского пола, потом наконец встречает женщину, которая его полюбила, но она тут же заболевает то ли раком, то ли еще какой-то неизлечимой болезнью и погибает. С другим братом та же история. Он всю жизнь занимается наукой, не слишком реагируя на вызовы внешнего мира. У него в юности была возлюбленная, но потом они расстались, т.к. девочка выбрала какого-то красивого мерзавца, затем они снова встретились, сошлись, но по злой воле автора эта девушка (теперь уже 40-летняя женщина) тоже заболевает раком и погибает. Полный бред, дополненный рассуждениями о вреде молодежной субкультуры: рока, свободной любви и пр. и о необходимости сохранения традиционных ценностей: семьи и т.д.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
затем - Мишель Уэльбек
В последнее время у меня что-то подозрительно часто спрашивают, что я предпочитаю -- Бегбедера или Уэльбека. Честно говоря, я каждый раз поражаюсь. Мне трудно поверить, что люди на полном серьезе могут "выбирать" из двух писателей, чьи книги начинаются вот так:

"113354, 235465, 2365, 2466. По указанному адресу мне открылось зрелище ее вульвы -- мерцающей, пиксельной, но странно реальной"

и вот так:

"смерть неизбежна... Этой зимой в моду войдут сиськи выше плеч и плоская задница".

Я так и не понял, из чего тут выбирать, поэтому, чтобы не путаться, скачал фотографии обоих писателей: Бегбедер -- тот, что с большущим подбородком, а Уэльбек -- тот, что с крошечным. Первый, демонически хохоча, для начала объявляет читателю, что любовь умерла и смерть победит, и тут же начинает жалеть себя, совокупившегося со столь многими и всё же такого одинокого. Второй хнычет, что мир превратился в супермаркет, и поэтому величайшим подвигом Человечества было бы самоубийство. В остальном их книги весьма схожи: в них ничего толком не происходит, кроме разных форм перекрестного опыления персонажей, и заканчиваются они плохо.

Мне крайне трудно было понять, зачем многие пишут и читают эту вялую гадость, лишенную малейших проблесков тепла. Размышляя над этой загадкой, я съел весь белый шоколад в доме и был вынужден лично ехать за ним в город (секретариат в разъездах). Джип чуть не вылетел в кювет на обратном пути, но зато у Космоса появилось разумное объяснение происходящего.

Дело в том, что уэбги -- и те, кто пишет, и те, кто восторгается написанным -- были выведены в условиях полуразвалившейся, но еще действующей европейской семьи XX века, в которой еще жили вместе, но уже с трудом друг друга терпели. В итоге возникло поколение, еще не знающее одиночества, толкающего к любви, но уже не переносящее минусов общежития людей.

Выросли, говоря коротко, инертные типы, задыхающиеся вблизи любого настоящего чувства (а настоящее чувство всегда слишком велико для одного). Как положено капризным детям, уэбги склонны раздувать свой жалкий личный опыт до обобщений глобальных масштабов. Выгнав свои семьи или попросту не обзаведясь ими, уэбги взамен приобрели массу свободного времени для описания странно реальных вульв и чтения о них.

Странно реальный вульвизм как литературный жанр вполне достоин своего названия. В нем выражено всё: и их негуманоидная отстраненность от реальности, выдающая инопланетное происхождение авторов, и и органическая неспособность любить (ни один нормальный мужчина, глядя на женщину, не подумает о странно реальной вульве). И, наконец, претензия на правду жизни, оправданная непонятно чем. Я специально проверял: ни один из авторов-уэбгов не сидел в зиндане, не воевал за Родину, не подвергался преследованиям за веру, не подымался из нищеты, не брал на воспитание сирот и еще много чего "не". Один из них, правда, пару лет просидел на упитанном французском пособии по безработице, оплаченном трудом загруженных работой усталых папаш в самой Франции и ее многочисленных экономических колониях.

Совершенно очевидно: уэбги презирают Человечество по той же причине, по которой избалованные единственные дети презирают своих родителей. Человечество для них толстая, некрасивая мама с дурацкой прической, которая никогда не отказывала им в доступе к холодильнику и карманных деньгах. Мысль о том, что эта толстая мама тоже хочет чего-то хорошего и, возможно, даже тихонько и чисто мечтает над дамским романом, для них возмутительна. Мама должна А) кормить и Б) заткнуться, пока уэбг в своей комнате описывает очередную странно реальную вульву, посыпанную "не слишком хорошим кокаином". Кокаин в прозе уэбгов непременно должен быть не слишком хорошим. Это, по их мнению, придает написанному жизненность.

Отмечу, что в русской прозе в последние годы появились свои уэбги и свои мастера странно реального вульвизма. Перечислять их ни к чему: достаточно зайти в любой книжный магазин и спросить у девушки-продавщицы в очках, где тут у них интеллектуальная проза.

Я уже слышу возражения: "Но, Учитель! Разве не ясно, что их книги -- это вопль отчаяния, попытка призвать человечество образумиться?" Нет, не ясно. Призывали бы, подали бы пример. Но в жизни писателей-уэбгов никакой отделенности от лирических героев у них не наблюдается. Один живет в большой квартире с собакой. Другой снялся в порно из каких-то высоких соображений.

...Да, так о чем бишь я. На вопрос о том, что же я все-таки предпочитаю, Уэльбека или Бегбедера, я отвечаю честно -- Александра Дюма.
http://ab-pokoj.livejournal.com/14254.html
 

Aurelius Sulpicius

Схоластик
Дело в том, что уэбги -- и те, кто пишет, и те, кто восторгается написанным -- были выведены в условиях полуразвалившейся, но еще действующей европейской семьи XX века, в которой еще жили вместе, но уже с трудом друг друга терпели. В итоге возникло поколение, еще не знающее одиночества, толкающего к любви, но уже не переносящее минусов общежития людей.
Классное определение - в самую точку. О людях, мнящих себя знающими всю суть мира и считающих себя пророками - но реально не знающими ничего, и уж точно не дстойными быть пророками и вести за собой людей.
 

Felix

Князь-воевода
Команда форума
Классное определение - в самую точку. О людях, мнящих себя знающими всю суть мира и считающих себя пророками - но реально не знающими ничего, и уж точно не дстойными быть пророками и вести за собой людей.
+1
 

Michael

Принцепс сената
Было бы неплохой рецензией, если бы автор не решил смухлевать, подправив рецензируемые тексты.

К примеру, он пишет, что одна из обсуждаемых книг начинается так: "смерть неизбежна... Этой зимой в моду войдут сиськи выше плеч и плоская задница". Но роман Бедбегера так не начинается! Начальная фраза этой книги такова: "Смерть настолько неизбежна, что всех застает врасплох." Следующая же процитированные слова, кокетливо отделенные троеточием, находятся от на расстоянии полутора глав! И в том контексте они вполне осмысленны(*).

К сожалению, мне такие вещи портят все впечатление от рецензии; вместо того, чтобы заинтересовать своим мнением, возможно и интересным, они создают у меня ощущение, что это мнение кроме как махинациями в тексте ничем и не подкреплено...

------

(*) Я рекламист: да-да, это именно я загаживаю окружающую среду <....> Я прерываю ваши телефильмы, чтобы навязать свои логотипы, а мне за это оплачивают отпуск на Сен-Барте, или в Ламу, или на Пхукете, или в Лакабане. Я заполоняю рекламными слоганами ваши излюбленные журналы и получаю в награду сельский дом в Провансе, или замок в Периге, или виллу на Корсике, или ферму в Ардеше, или дворец в Марокко, или катамаран на Карибах, или яхту в Сен-Тропе. Я везде. Вам от меня не скрыться. Куда ни плюнь, всюду царит моя реклама. Я запрещаю вам скучать. Я мешаю вам думать. Терроризм, именуемый "новинкой", помогает мне впаривать вам пустоту. Спросите у любого серфингиста, и он подтвердит: если хочешь удержаться на поверхности воды, необходимо, чтобы под ногами был провал. Серфинговать означает скользить по отвесной стенке гигантской пропасти (фанаты Интернета знают это так же хорошо, как чемпионы Лакано). Это я решаю, что есть Истина, что есть Красота, что есть Добро. Это я отбираю манекенщиц, на которых вы западете через полгода. Да-да, западете как миленькие и окрестите их топ-моделями; мои девки закомплексуют любую бабу старше четырнадцати. Вы боготворите моих избранниц. Этой зимой в моду войдут сиськи выше плеч и плоская задница. Чем смелей я играю с вашим подсознанием, тем безропотнее вы мне покоряетесь. Если я нахваливаю йогурт, залепив плакатами все стены вашего города, то, даю голову на отсечение, вы его купите. Вам-то кажется, будто вы свободны в своем выборе, но не тут-то было: в один прекрасный день вы углядите мой товар на полке супермаркета и возьмете его - просто так, попробовать; вы уж поверьте мне, я свое дело знаю туго.
 

AlexeyP

Принцепс сената
Пожалуй, самый нелюбимый - Милан Кундера, затем - Мишель Уэльбек, потом, пожалуй, Патрик Зюскинд. Показалась ужасно скучной книга Вирджинии Вулф "Миссис Дэллоуэй", неинтересным - Борис Виан, тягомотным - В. Набоков
О, да у Вас отличный вкус при выборе нелюбимых книг! :rolleyes:
 

AlexeyP

Принцепс сената
Пожалуй, самый нелюбимый - Милан Кундера, затем - Мишель Уэльбек, потом, пожалуй, Патрик Зюскинд. Показалась ужасно скучной книга Вирджинии Вулф "Миссис Дэллоуэй", неинтересным - Борис Виан, тягомотным - В. Набоков
Виан тоже совершенно не произвел.

Зюскинд - ну туда-сюда, вроде "большая литература", но куда-то ближе к "псевдобольшой литературе", типа коэльомураками. Зато Зюскинда любят Духовно Богатые Девы, поэтому его юношам нужно читать для целей флирта.

В.Вулф я пробовал читать только по-английски, но не смог, сложный для меня текст, оттого судить не могу.

Набокова всегда любил, к Уэльбеку и Кундере благоволю.

Зато не люблю Кортасара. Такое чувство, что не Дух говорит его устами, а какое-то серое снобистское тщеславие есть двигатель его творчества. Впрочем, это впечатление у меня возникло лет 18 назад, с тех пор не читал его, может, и по-другому бы воспринял.

Также и Милорада Павича не люблю. Постмодернизм в литературе - это имхо такая приправа, с которой важно не переборщить. И если добавляешь его, то вкус произведения самого по себе должен быть достаточно насыщен, чтобы постмодернизм его не перебивал, а лишь обогащал. Так, по-моему, выходит у Эко. А Павича читать - это что карри ложками есть. Или хмели-сунели. Какая-то балканская неумеренность, безвкусие можно сказать.

Также не впечатлил Бегбедер. Не понял я, чего там хорошего.
 

AlexeyP

Принцепс сената
У меня, к сожалению, список нелюбимых не столь блистателен.
:D Конечно, набрать "нелюбимых" из некачественной литературы - довольно естественно. Павел замечательно придумал перечислить "нелюбимых" из высшего разряда.

А про классическую русскую литературу я считаю, что она и сама по себе прекрасна, и, кроме того, должна быть преподаваема в школе по двум причинам. Во-первых, так как она - лучшее, что было дано мировой цивилизации русским народом, поэтому она не менее важна для конструирования национальной идентичности (а это - задача школы), чем банальные военно-патриотические мифы. И, кстати, корпус русской литературы, и отчасти, музыки - это единственное, что даёт русским право считать себя европейцами - западная культура прочно включила в себя русскую литературу, Чехова и Толстого можно найти в любом европейском книжном магазине. А во-вторых русская литература - источник морали, гораздо более качественный и современный, чем традиционные религии и всякие ОПК. Она задает очень высокие и устойчивые стандарты нравственности.
 

Янус

Джедай
И, кстати, корпус русской литературы, и отчасти, музыки - это единственное, что даёт русским право считать себя европейцами - западная культура прочно включила в себя русскую литературу, Чехова и Толстого можно найти в любом европейском книжном магазине.
А я вот думаю, что корпус музыки - как бы не большей "отчасти". :) Всё-таки, литературу нашу знают, а музыку - не просто знают, но и постоянно цитируют.
 

AlexeyP

Принцепс сената
А я вот думаю, что корпус музыки - как бы не большей "отчасти". :) Всё-таки, литературу нашу знают, а музыку - не просто знают, но и постоянно цитируют.
Да, наверное Вы правы, и русская классическая литература, и русская классическая музыка.
 

Янус

Джедай
У меня есть даже объяснение тому. Музыка имеет универсальный язык и не может быть такой политизированной, как литература. Вот Достоевский - и тот пихал в реплики и мысли героев политику. А Кундера - помню последнюю дискуссию вокруг советскофобии автора.
Те же металлюганы западные, может быть, и не прочитают никогда Толстого или Чехова, а Мусоргский, Чайковский - йа, йа, прогрессив-метал. :)
 
Верх