Любимые авторы
- Автор темы Aurelius Sulpicius
- Дата начала
Lanselot
Гетьман
Честно говоря, кроме известной Вам фантастики, у меня еще не было случая, чтобы о Риме что-то писалось или снималось определенно хотя бы с желанием написать что-то достаточно объективно. Впрочем, фантастика тоже никак на объективность не тянет,
только в отражении эпохи. Но к этому все привыкли. К данному периоду просто больше претензий. Но в общем Вы правы.
Lanselot
Гетьман
В этом смысле интересно вспомнить еще "Дети Арбата". Эта книга на меня, честно говоря, в свое время произвела впечатление большее, чем Солженицын. Впрочем, видимо здесь дело в моменте. Солженицын мне попался еще в самиздате, когда меня советская эпоха вообще не интересовала, а Рыбаков припал на перестройку, когда пошли косяком вначале еще западные издания. Моему отцу тогда их мешками возили почитатели его таланта. Но сейчас "Дети Арбата" для меня в качестве книги о том периоде ничего, кроме улыбки не вызывают.
Lanselot
Гетьман
Они мне очень нравятся. Но к истории это никакого отношения не имеет.
На самом деле ничего не пропустили. Вообще, есть такие книжки-однодневки, нужные только на каком-то этапе. Солженицын - он выше этого серого уровня, но это - не Толстой. Через сто с лишним лет его обсуждать будут только специалисты.
Lanselot
Гетьман
Да нет, у Шоу их тоже хватает. Хотя фильм был сделан великолепный. Просто, видимо, действительно, при всем моем интересе к Риму, там "натяжки" не вызывают у меня особых эмоций. Правда, я не люблю, когда "обижают Цезаря" Дело в том, что как-то те вещи воспринимаются как "художественные недотяжки", а вот сталинский период - как откровенное вранье. Может это действительно от близости и важности эпохи. Потому что мне очень хочется, чтобы она окончательно "отошла", чтобы там были хоть в некотором роде поставлены точки над "і". А вранье рождает противоположную реакцию. После книг Солженицына и Волкогонова сложно объяснить человеку, что несмотря ни на что, это было вот так. Человек, при помощи критиков, или как-нибудь сам находит несоответствия, и воспринимает совершенно логично: "Если вот это вранье, значит и все о белом и пушистом "дедушке Сталине" - вранье". А на самом деле, ведь вопрос не в том, хороши или плохи были шаражки. Да, не столь уж плохи. Проблема в том обществе, где шарага оказывается явлением позитивным! Даже сами по себе репрессии не так страшны, как тот ужас, нечеловеческий, животный, ими произведенный, который мы еще и сейчас иногда ощущаем. Даже мы, молодые. Вот это главное. А вранье ставит под вопрос действительно существование и происхождение этого ужаса.
Дело в том, что как-то те вещи воспринимаются как "художественные недотяжки", а вот сталинский период - как откровенное вранье. Может это действительно от близости и важности эпохи. Потому что мне очень хочется, чтобы она окончательно "отошла", чтобы там были хоть в некотором роде поставлены точки над "і". А вранье рождает противоположную реакцию. После книг Солженицына и Волкогонова сложно объяснить человеку, что несмотря ни на что, это было вот так. Человек, при помощи критиков, или как-нибудь сам находит несоответствия, и воспринимает совершенно логично: "Если вот это вранье, значит и все о белом и пушистом "дедушке Сталине" - вранье". А на самом деле, ведь вопрос не в том, хороши или плохи были шаражки. Да, не столь уж плохи. Проблема в том обществе, где шарага оказывается явлением позитивным! Даже сами по себе репрессии не так страшны, как тот ужас, нечеловеческий, животный, ими произведенный, который мы еще и сейчас иногда ощущаем. Даже мы, молодые. Вот это главное. А вранье ставит под вопрос действительно существование и происхождение этого ужаса.
Ноджемет
Фараон
В институте проходила практику в одном из ящиков. По территории КБ были расставлены вышки таким образом, чтобы "мертвых зон" практически не было. На вышках стояли люди с автоматами. В общем, неприятно как-то было по территории ходить. Конец 70-ых, между прочим.
Зоркий
Перегрин
И все же литература - это не только важность темы. И даже, пожалуй, в первую очередь не важность темы. Милые забавные вещички могут быть литературным шедевром и пережить автора. А важность темы актуальна для публицистического материала, для исследования и так далее.
Нет, я ни в коей мере не собираюсь утверждать, что литература должна быть пустячком и только пустячком. Я только хочу напомнить слова Чехова, что о начинающем писателе судят прежде всего по стилю. Есть стиль - будет писатель, нет стиля... - на нет и ничего нет.
Когда читаешь восторги по поводу языка Солженица, так и подмывает спросить: это всерьез? Или так положено?
Не будем трогать раннего. Кто хоть сколько-нибудь соприкасался с редакцией прежних лет, знает, как там правили, редактировали. Часто просто переписывали за автора. Ну никто же не думает, что "Целину" Брежнев писал. Редактировали по разным причинам. Не стану на этом останавливаться. А тут такой случай. Приходит в редакцию журнала человек, переживший кошмар. И не спился, а делом занялся. Сомнений нет никакого, что ему помогали с литературной обработкой многие, начиная от младшего редактора и заканчивая самим Твардовским.
Но теперь... Он же лауреат, неприкасаемый. Очевидно, теперь его править нельзя, или совсем уж минимально. И что теперь? Я про Бычка, который бодался, читала по слогам. Автоматом поставленное логическое ударение не позволяло понять фразу автора, приходилось ее перечитывать по три раза. На середине я решила: если автору плевать, смогут ли его дочитать до конца, так и не очень было надо.
Нет, я ни в коей мере не собираюсь утверждать, что литература должна быть пустячком и только пустячком. Я только хочу напомнить слова Чехова, что о начинающем писателе судят прежде всего по стилю. Есть стиль - будет писатель, нет стиля... - на нет и ничего нет.
Когда читаешь восторги по поводу языка Солженица, так и подмывает спросить: это всерьез? Или так положено?
Не будем трогать раннего. Кто хоть сколько-нибудь соприкасался с редакцией прежних лет, знает, как там правили, редактировали. Часто просто переписывали за автора. Ну никто же не думает, что "Целину" Брежнев писал. Редактировали по разным причинам. Не стану на этом останавливаться. А тут такой случай. Приходит в редакцию журнала человек, переживший кошмар. И не спился, а делом занялся. Сомнений нет никакого, что ему помогали с литературной обработкой многие, начиная от младшего редактора и заканчивая самим Твардовским.
Но теперь... Он же лауреат, неприкасаемый. Очевидно, теперь его править нельзя, или совсем уж минимально. И что теперь? Я про Бычка, который бодался, читала по слогам. Автоматом поставленное логическое ударение не позволяло понять фразу автора, приходилось ее перечитывать по три раза. На середине я решила: если автору плевать, смогут ли его дочитать до конца, так и не очень было надо.
Aelia
Virgo Maxima
У меня никаких проблем не возникало. Язык у Солженицына подчеркнуто не современный. К этому нужно привыкнуть, я привыкла достаточно быстро. Может быть, другому человеку это трудно воспринимать, не спорю. Но я высказываю только свое личное мнение о его творчестве.
Впрочем, "Теленок" - это, конечно, не художественная литература, и я говорила не о нем.
Впрочем, "Теленок" - это, конечно, не художественная литература, и я говорила не о нем.
Lanselot
Гетьман
Честно говоря, никакого особо уникального языка я у Солженицына не помню. Может мне просто не доступно это, все-таки язык не родной, но все же русский я знаю неплохо.
Насчет точности изложения и передачи именно мелких важных деталей и специфики жизни, как говорят знакомые моей мамы, бывшие политзаключенные, то они, скорее всего верны, там знакомое находят даже те, которые сидели в семидесятых. А вот с описанием шараги у него не сложилось, судя по отзывам людей, там бывших. Но думаю, что там дело именно в том, что он принадлежал к мелкому техническому персоналу. Эти люди не были особо обременены работой, но зато и жутко боялись вылететь из шараги обратно в лагерь.
Насчет точности изложения и передачи именно мелких важных деталей и специфики жизни, как говорят знакомые моей мамы, бывшие политзаключенные, то они, скорее всего верны, там знакомое находят даже те, которые сидели в семидесятых. А вот с описанием шараги у него не сложилось, судя по отзывам людей, там бывших. Но думаю, что там дело именно в том, что он принадлежал к мелкому техническому персоналу. Эти люди не были особо обременены работой, но зато и жутко боялись вылететь из шараги обратно в лагерь.
Lanselot
Гетьман
Естественно. Это, главным образом, и напрягает. Особенно тех, кто там сидел - у меня появляется просто чувство, что он врет. Потому что, несмотря на активные попытки в литературе представить шараги таким образом, именно в них делались главные работы на оборонку. К тому времени на свободе из серьезных специалистов остались крохи, хотя были конечно и нормальные КБ. Да только режим в них особо от шаражек не отличался. Из шараг (то есть из заключения) конечно хотели и пытались выйти. Но приходилось мне читать и воспоминания с восклицаниями типа "это были счастливейшие пять лет моей жизни!" Если судить чисто объективно, то большинство этих заключенных находились в условиях гораздо лучших, чем свободные. Среди воспоминаний мне попался такой сюжетец. Отправили одного зека в командировку в соседний город, где была при учебном заведении необходимая лаборатория. При ней был старичок-ученый. Все остальные - на фронте. В общем зек со своим охранником крепко вмазали в поезде, потом приехали, поставили на уши начальника местной тюрьмы, который обеспечил зека отдельной камерой со свежим ремонтом (сюр, конечно!) и ресторанным питанием (это во время войны!). Потом пошли в лабораторию. В общем старичок и девочка-лаборантка еще пытались этого зека подкармливать. В результате подкармливал их зек (и охранник).
b-graf
Принцепс сената
(окололитературный манифест)
Никогда не мог запомнить сюжета ни одного романа, ни большинство имен героев - знаю это свойство с детства. Если нет экранизации или другого какого-нибудь способа повторения (в школьной программе, например). К литературе отношусь как к еде - удовольствие, когда лопаешь, в процессе. Люблю только все импортное, но эээ хорошо приготовленное (чтоб перевод хороший был), от русской пищи словесности - одно несварение, читаю без удовольствия. Т.е. русская словесность нужна только для тренировки поваров-переводчиков...:justcuz_cowmoo:
Впрочем, читаю мало, в последние годы - вообще не читаю худ.лита
Никогда не мог запомнить сюжета ни одного романа, ни большинство имен героев - знаю это свойство с детства. Если нет экранизации или другого какого-нибудь способа повторения (в школьной программе, например
). К литературе отношусь как к еде - удовольствие, когда лопаешь, в процессе. Люблю только все импортное, но эээ хорошо приготовленное (чтоб перевод хороший был), от русской пищи словесности - одно несварение, читаю без удовольствия. Т.е. русская словесность нужна только для тренировки поваров-переводчиков...:justcuz_cowmoo:Впрочем, читаю мало, в последние годы - вообще не читаю худ.лита
Черубина
Перегрин
Недавно прочитала "Шутку" ...очень понравилось...читала, что называется, на одном дыхании...сейчас облизываюсь и на "Невыносимую лёгкость бытия"...надеюсь в скором времени приобрести и прочитать
Любимое моё произведение "Повесть о Сонечке" М. И. Цветаевой...ещё люблю прозу Пастернака, Ромена Гари(особенно, "Обещание на рассвете" - прямо гимн материнской любви какой-то!!!)...Лермонтова, Пушкина, Блока...
Charlo
Маркиза дю Шевед
А Максимилиана Волошина?
Атон
Перегрин
Алистер Кроули, Лоренс Даррел (особенно рекомендую как наименее известного даже в интеллектуальных кругах - моя статья о Дарреле, с некоторыми красивыми цитатами из него - вот здесь: http://castalia.ru/stat/lorens.html ) Герман Гессе, Томас Манн, Джеймс Джойс, Милан Кундера, Генрик Ибсен, Роберт Антон Уилсон. Это что сразу пришло в голову.
Атон
Перегрин
А Максимилиана Волошина?
http://orel.rsl.ru/nettext/russian/voloschin/volom004.htm Волошин - величайший поэт.