Вы знаете, это, может, прозвучит пафосно, но возможно именно это был тот самый момент, когда Сулла и его штаб превратились из разношёрстного сборища реваншистов, неудачников и искателей приключений во главе с беспринципным авантюристом в единую элиту нации, плеяду блестящих полководцев и государственных мужей во главе с национальным вождём. Когда они, набирая армию в 83, поняли, увидели, почувствовали, что в Италии они опираются не только на преданных головорезов, с которыми их связывают общие грабежи и надежда сохранить награбленное и ещё нахапать (ср. с опасениями Суллы, что в Италии его армия от него разбежится и попытками её материально к себе привязать), но и на массовую поддержку граждан, которые возлагают на них последнюю надежду на восстановление справедливости, что их дело, оказывается, правое, что за них встают против всесильного режима миллионы, что, в конце концом, им, действительно и мёртвые помогают!