Несколько лет назад это служило предметом специалдьного обсуждения в среде российских правозащитников. Там обращалось внимание на то, что слово "терпимость" имеет в русском языке специфическое значение: "Ненавижу, но терплю".
Толерантность не имеет такого специфического значения. Если бы слово толерантность было бы идентично слову терпимость, то одного из этих слов просто бы не было. Но значением слова толерантность является именно терпимость, хотя, как и все синонимы, слова эти имеют разную эмоциональнуй окраску и разные сферы применения (то есть, семантически немного различаются).
В то же время "готовность к диалогу" ни в коей мере не является дефиницией слова толерантность.
При всём моём уважении к правозащинтникам, значение слов русского языка определяется не ими, а толковыми словарями. Переводить слово "толерантность" на русский не надо вообще, потому что это и так русское слово. Если же речь шла об английском слове tolerant, то его надо переводить не как "терпимый" или "готовый к диалогу", а как "толерантный" (разумеется, если оно употреблаэтся в этом смысле).
Что касается слов генсека ООН, то он определяет не значение слова, а то, что за этим понятием стоит. Его высказывание семантически можно сравнить со строчкой "добро должно быть с кулаками", которая выражает мнение поэта о том, каким должно быть добро и может ли оно быть без кулаков, но не меняэт значение этого слова в русском языке.