Раздел Ваш, уважаемый Вал.
Вам и определять.
Продажа Аляски
- Автор темы тохта
- Дата начала
Вам и определять.
Вот именно. А если бы такое продвижение велось интенсивно?
Я несколько позже отвечу Вам в теме Холодная война
Готов продолжить, если ничто не помешает.
Эльдар
Принцепс сената
Сколько нужно лет, чтобы силами двух казачьих полков проложить дороги через тайгу, реки и болота, тундру на расстояние 6000 км.?
А зачем?
Странно Вы смотрите на транспортное строительство, уважаемый Эльдар.
Это в Европе строят дорогу, чтобы там ездить.
В России чаще стоят дорогу потому, что там уже ездят.
Возникает вопрос, зачем ездят и что везут, верно?
Эльдар
Принцепс сената
И где на пути от Амура до Берингова пролива были дороги/тропы по которым "уже ездили" и которые были годны для движения войск и их снабжения?
Первоначально не было. Это ерунда для русского человека.
Казачьи полки прошли бы. И снабжение себе обеспечили, не вполне лестным для туземного населения образом, конечно.
Эльдар
Принцепс сената
И чем бы они там себя и лошадей кормили?
Тем, чем туземцев обложили.
Если верить карте, то какие-то маршруты вдоль моря были.
http://www.davidrumsey.com/luna/servlet/de...ii-i-smezhnykhi
На собаках доехать можно было. Рыбу по пути ловить, опять же. Года за три добрались бы казаки, думаю (не до Аляски, конечно, но до залива можно).
Эльдар
Принцепс сената
Шкурками пушного зверя?
Эльдар
Принцепс сената
Да, с зимовками, стоянками на заготовку провианта, построением плотов для переправ, захоронением мертвых и т.д. 3 года до Берингова пролива и еще года 2 до Анкориджа. Дюжина людей дошла бы. И сразу в бой.
Да, с зимовками, стоянками на заготовку провианта, построением плотов для переправ, захоронением мертвых и т.д. 3 года до Берингова пролива и еще года 2 до Анкориджа. Дюжина людей дошла бы. И сразу в бой.
В бой - это вряд ли. К тому времени все уже кончилось бы так или иначе.
Rzay
Дистрибьютор добра
Интересный материал о дальнейшей судьбе Российско-американской компании - формальной владелице Аляски:
Заключение договора о продаже Аляски 18 марта 1867 г. было полной неожиданностью для Российско-американской компании. Директора РАК были отстранены от переговоров. Решение о продаже колоний, принимавшееся 16 декабря 1866 г. в особом заседании, на котором присутствовали император Александр II, вел. кн. Константин, министры: А.М. Горчаков, М.Х. Рейтерн, Н.К. Краббе и дипломат Э.А. Стекль держалось в строгом секрете. Секретность была такова, что оба участника совещания М.Х. Рейтерн и Н.К. Краббе, прекрасно зная о том, что судьба колоний уже решена, даже по истечении нескольких месяцев после совещания продолжали руководить деятельностью правительственного Комитета, занимавшегося разработкой нового устава компании. Как ни в чем не бывало, они продолжали вести переписку с этим Комитетом о финансовом положении Российско-американской компании и планах по ее реорганизации.
Даже после получения известия о заключении договора 18 марта 1867 г. министры не спешили уведомить об этом Российско-американскую компанию. Уже после того, как директора РАК узнали о продаже колоний из газет, министр финансов М.Х. Рейтерн направил в адрес руководства этой организации официальное уведомление об уступке Русской Америки. Рейтерн рекомендовал собрать общее собрание акционеров и поручить Главному правлению или особо избранным лицам заняться приведением условий договора в жизнь.
Дата собрания была намечена на 21 апреля 1867 года. На судьбоносном для компании совещании по закону не имели право голоса те акционеры, которые владели менее 10 акциями и приобрели их позднее, чем за шесть месяцев до намеченного собрания. Таких акционеров оказалось не так уж мало. Дело в том, что из-за длительного процесса реорганизации компании, акции ее значительно упали в цене, многие держатели ценных бумаг старались от них избавиться. В результате довольно стабильный состав акционеров стал быстро пополняться новыми членами. Известно, что с 22 ноября 1866 г. по 2 апреля 1867 г. в число акционеров вошло 57 новых владельцев, которым было продано 781 акция.
Лишенные права голоса “новые” акционеры обратились в правительство с требованием предоставить им одинаковые права со всеми держателями акций, несмотря на срок приобретения последних. В ходатайстве, подписанном 30 акционерами, было сказано: “теперь, когда каждый владелец акций становится лицом, заинтересованным в исходе дела и когда нет оснований опасаться никаких спекулятивных сделок … представление право голоса только избранным акционерам может повести к решению, неблагоприятному для большинства”. Министр финансов М.Х. Рейтерн признал требования акционеров справедливыми и предложил наделить правом голоса всех акционеров имеющих не менее 10 акций, купленных ранее 1 февраля 1867 г. Однако большинство министров не согласились с таким заключением Рейтерна. Комитет министров постановил “не представляется оснований к отступлению от действующих по сему предмету правил при предстоящем 21 апреля общем собрании акционеров, которое имеет собраться в определенном уставом компании составе”.
Не получив право голоса “новые акционеры” не смогли повлиять на исход голосования. В результате на выборах 21 апреля 1867 г. состав Главного правления не претерпел серьезных изменений. Свои посты за собой сохранили тайный советник барон Е.Е. Врангель, генерал-майор Э.И. Тилло, вице-адмирал И.Д. Тебеньков и почетный гражданин Н.И. Любавин. Новым директором вместо В.Г. Политковского был избран преуспевающий финансист и биржевой делец коллежский асессор Николай Николаевич Анциферов. Последнему составу совета директоров, состоящему как из представителей гражданской и военной администрации, так и из предпринимателей, предстояло решить весьма непростые задачи: распродать имущество компании, ликвидировать все ее дела, провести полные расчеты с государством и акционерами.
В мае 1867 г. был образован специальный комитет, в обязанности которого входило рассмотрение всех вопросов, связанных с претворением условий договора о продаже в жизнь. Со стороны министерства финансов в него вошли: управляющий канцелярией министерства, д.с.с. Д. Кобеко, вице-директор департамента торговли и мануфактур д.с.с. Н. Ермаков; от морского министерства – д.с.с. М.А. Пещуров и капитан 2 ранга А.А. Пещуров. Совместно с членами Главного правления РАК члены комитета провели несколько заседаний в мае-июне 1867 г.
Прежде всего, члены комитета рассмотрели положение служащих Российско-американской компании. Оказалось, что в колониях есть небольшое количество лиц, срок службы которых к моменту заключения договора о продаже уже закончился. Этих служащих решено было оставить на полном обеспечении компании, она же должна была переправить их в Россию за свой счет. Большинство же служащих, срок службы которых не истек, переходили в ведение правительства. За прерванные контракты с 531 человеком государство обещало выплатить компании компенсацию в размере 237 тыс. рублей, на перевозку 762 человек в Россию планировалось отпустить еще 341,6 тыс. рублей, и на содержание в колониях временно остающихся там служащих – еще 150 тыс. рублей. Общая сумма, обещанная государством для перевозки служащих и уплаты компенсации, должна была составить 728,6 тыс. рублей.
В качестве компенсации за утраченное имущество компании, а также за “прекращение действия привилегий” члены комитета решили выдать Россий-ско-американской компании “ту часть основного капитала ея, которая заключается в складочном капитале ея в акциях, а именно 1 122 600 рублей и сложить с компании долги казенному и духовному ведомству до 560 тыс. рублей”. Таким образом, не считая снятия казенного долга, компания должна была получить от государства на ликвидацию своих дел и возвращения служащих в Россию внушительную сумму 1851, 2 тыс. рублей. Заметим также, что члены правительственного комитета даже признали факт продления привилегий компании, за утрату которых и должна была уплачиваться немалая сумма.
Такое положение дел полностью устраивало руководство Российско-американской компании, все пожелания директоров были оформлены в виде решений правительственного комитета в июне 1867 г. Между тем со стороны посланника США генерала К. Клея поступило предложение продать все имущество Российско-американской компании, включая суда, промыслы и припасы, Калифорнийской меховой компании. Главное правление РАК признало, что подобное предложение является весьма заманчивым и с разрешения правительства начало вести переговоры. Однако, условия продажи имущества РАК не устроили американцев, и сделка не состоялась.
В качестве уполномоченного комиссара для передачи колоний США со стороны правительства России в июне 1867 г. был назначен капитан 2 ранга А.А. Пещуров. Интересы Российско-американской компании в Русской Америке представлял капитан 2 ранга Ф.Ф. Коскуль. Оба морских офицера получили подробные инструкции для руководства своей деятельностью в Америке и конце июня отправились в колонии через США.
В июле 1867 г., ссылаясь на принятые правительственным комитетом решения, председатель Главного правления Е.Е. Врангель обратился к министру финансов с просьбой открыть кредит компании в размере до 300 тыс. долларов “дабы она могла немедленно перевести нужные суммы на банкиров в Сан-Франциско в распоряжение колониального начальства”. На всеподданнейший доклад министра финансов М.Х. Рейтерна от 7 июля 1867 г. император Александр II повелел “уплатить из Государственного казначейства Государственному банку выданные оным под учет векселей Российско-американской компании 205142 рубля, с причитающимися по день платежа процентами и расходами, употребленные банком на протест векселей, зачислив уплаченную таким образом сумму долгом Государственному казначейству на Российско-американской компании”. Кроме того, на расходы по приведению в исполнение трактата император разрешил открыть компании кредит на 150 тыс. долларов, что по курсу составляло 225 548 рублей.
Заключение договора о продаже Аляски 18 марта 1867 г. было полной неожиданностью для Российско-американской компании. Директора РАК были отстранены от переговоров. Решение о продаже колоний, принимавшееся 16 декабря 1866 г. в особом заседании, на котором присутствовали император Александр II, вел. кн. Константин, министры: А.М. Горчаков, М.Х. Рейтерн, Н.К. Краббе и дипломат Э.А. Стекль держалось в строгом секрете. Секретность была такова, что оба участника совещания М.Х. Рейтерн и Н.К. Краббе, прекрасно зная о том, что судьба колоний уже решена, даже по истечении нескольких месяцев после совещания продолжали руководить деятельностью правительственного Комитета, занимавшегося разработкой нового устава компании. Как ни в чем не бывало, они продолжали вести переписку с этим Комитетом о финансовом положении Российско-американской компании и планах по ее реорганизации.
Даже после получения известия о заключении договора 18 марта 1867 г. министры не спешили уведомить об этом Российско-американскую компанию. Уже после того, как директора РАК узнали о продаже колоний из газет, министр финансов М.Х. Рейтерн направил в адрес руководства этой организации официальное уведомление об уступке Русской Америки. Рейтерн рекомендовал собрать общее собрание акционеров и поручить Главному правлению или особо избранным лицам заняться приведением условий договора в жизнь.
Дата собрания была намечена на 21 апреля 1867 года. На судьбоносном для компании совещании по закону не имели право голоса те акционеры, которые владели менее 10 акциями и приобрели их позднее, чем за шесть месяцев до намеченного собрания. Таких акционеров оказалось не так уж мало. Дело в том, что из-за длительного процесса реорганизации компании, акции ее значительно упали в цене, многие держатели ценных бумаг старались от них избавиться. В результате довольно стабильный состав акционеров стал быстро пополняться новыми членами. Известно, что с 22 ноября 1866 г. по 2 апреля 1867 г. в число акционеров вошло 57 новых владельцев, которым было продано 781 акция.
Лишенные права голоса “новые” акционеры обратились в правительство с требованием предоставить им одинаковые права со всеми держателями акций, несмотря на срок приобретения последних. В ходатайстве, подписанном 30 акционерами, было сказано: “теперь, когда каждый владелец акций становится лицом, заинтересованным в исходе дела и когда нет оснований опасаться никаких спекулятивных сделок … представление право голоса только избранным акционерам может повести к решению, неблагоприятному для большинства”. Министр финансов М.Х. Рейтерн признал требования акционеров справедливыми и предложил наделить правом голоса всех акционеров имеющих не менее 10 акций, купленных ранее 1 февраля 1867 г. Однако большинство министров не согласились с таким заключением Рейтерна. Комитет министров постановил “не представляется оснований к отступлению от действующих по сему предмету правил при предстоящем 21 апреля общем собрании акционеров, которое имеет собраться в определенном уставом компании составе”.
Не получив право голоса “новые акционеры” не смогли повлиять на исход голосования. В результате на выборах 21 апреля 1867 г. состав Главного правления не претерпел серьезных изменений. Свои посты за собой сохранили тайный советник барон Е.Е. Врангель, генерал-майор Э.И. Тилло, вице-адмирал И.Д. Тебеньков и почетный гражданин Н.И. Любавин. Новым директором вместо В.Г. Политковского был избран преуспевающий финансист и биржевой делец коллежский асессор Николай Николаевич Анциферов. Последнему составу совета директоров, состоящему как из представителей гражданской и военной администрации, так и из предпринимателей, предстояло решить весьма непростые задачи: распродать имущество компании, ликвидировать все ее дела, провести полные расчеты с государством и акционерами.
В мае 1867 г. был образован специальный комитет, в обязанности которого входило рассмотрение всех вопросов, связанных с претворением условий договора о продаже в жизнь. Со стороны министерства финансов в него вошли: управляющий канцелярией министерства, д.с.с. Д. Кобеко, вице-директор департамента торговли и мануфактур д.с.с. Н. Ермаков; от морского министерства – д.с.с. М.А. Пещуров и капитан 2 ранга А.А. Пещуров. Совместно с членами Главного правления РАК члены комитета провели несколько заседаний в мае-июне 1867 г.
Прежде всего, члены комитета рассмотрели положение служащих Российско-американской компании. Оказалось, что в колониях есть небольшое количество лиц, срок службы которых к моменту заключения договора о продаже уже закончился. Этих служащих решено было оставить на полном обеспечении компании, она же должна была переправить их в Россию за свой счет. Большинство же служащих, срок службы которых не истек, переходили в ведение правительства. За прерванные контракты с 531 человеком государство обещало выплатить компании компенсацию в размере 237 тыс. рублей, на перевозку 762 человек в Россию планировалось отпустить еще 341,6 тыс. рублей, и на содержание в колониях временно остающихся там служащих – еще 150 тыс. рублей. Общая сумма, обещанная государством для перевозки служащих и уплаты компенсации, должна была составить 728,6 тыс. рублей.
В качестве компенсации за утраченное имущество компании, а также за “прекращение действия привилегий” члены комитета решили выдать Россий-ско-американской компании “ту часть основного капитала ея, которая заключается в складочном капитале ея в акциях, а именно 1 122 600 рублей и сложить с компании долги казенному и духовному ведомству до 560 тыс. рублей”. Таким образом, не считая снятия казенного долга, компания должна была получить от государства на ликвидацию своих дел и возвращения служащих в Россию внушительную сумму 1851, 2 тыс. рублей. Заметим также, что члены правительственного комитета даже признали факт продления привилегий компании, за утрату которых и должна была уплачиваться немалая сумма.
Такое положение дел полностью устраивало руководство Российско-американской компании, все пожелания директоров были оформлены в виде решений правительственного комитета в июне 1867 г. Между тем со стороны посланника США генерала К. Клея поступило предложение продать все имущество Российско-американской компании, включая суда, промыслы и припасы, Калифорнийской меховой компании. Главное правление РАК признало, что подобное предложение является весьма заманчивым и с разрешения правительства начало вести переговоры. Однако, условия продажи имущества РАК не устроили американцев, и сделка не состоялась.
В качестве уполномоченного комиссара для передачи колоний США со стороны правительства России в июне 1867 г. был назначен капитан 2 ранга А.А. Пещуров. Интересы Российско-американской компании в Русской Америке представлял капитан 2 ранга Ф.Ф. Коскуль. Оба морских офицера получили подробные инструкции для руководства своей деятельностью в Америке и конце июня отправились в колонии через США.
В июле 1867 г., ссылаясь на принятые правительственным комитетом решения, председатель Главного правления Е.Е. Врангель обратился к министру финансов с просьбой открыть кредит компании в размере до 300 тыс. долларов “дабы она могла немедленно перевести нужные суммы на банкиров в Сан-Франциско в распоряжение колониального начальства”. На всеподданнейший доклад министра финансов М.Х. Рейтерна от 7 июля 1867 г. император Александр II повелел “уплатить из Государственного казначейства Государственному банку выданные оным под учет векселей Российско-американской компании 205142 рубля, с причитающимися по день платежа процентами и расходами, употребленные банком на протест векселей, зачислив уплаченную таким образом сумму долгом Государственному казначейству на Российско-американской компании”. Кроме того, на расходы по приведению в исполнение трактата император разрешил открыть компании кредит на 150 тыс. долларов, что по курсу составляло 225 548 рублей.
Rzay
Дистрибьютор добра
. С самого начала деятельность комитета, занимавшегося приведением в жизнь договора об уступке, контролировалась министром финансов и морским министром. В июле управляющий министерством финансов направил предварительные заключения комитета в министерство иностранных дел и сообщил о принятых решениях по выделению компенсации Российско-американской компании. Уже в августе 1867 г. Канцлер А.М. Горчаков выступил с резкой критикой принятых решений и выразил недоумение тем, что в составе комитета, занимавшегося приведением в жизнь международного трактата, не был приглашен представитель министерства иностранных дел.
В результате вмешательства в назревавший конфликт вел. князя Константина его удалось сравнительно быстро уладить. Константин согласился с расширением комитета, включением в его состав новых членов и более тщательном рассмотрении проблемы ликвидации компании с учетов мнения всех заинтересованных сторон. В результате по Высочайше ут-вержденному 13 октября 1867 г. докладу министра финансов была образована специальная Комиссия. От министерства финансов в нее вошли директор департамента торговли и мануфактур т.с. Бутовский (был назначен председателем), д.с.с. Д.Ф. Кобеко и Н.Н. Ермаков; от морского министерства в нее был приглашен д.с.с. М.А. Пещуров; от министерства иностранных дел – вице-директор Азиатского департамента д.с.с. А.С. Энгельгардт; от ведомства Святейшего Синода – д.с.с. В.А. Лавров и от II отделения собственной Его Императорского Величества Канцелярии – т.с. П.Н. Даневский. Комиссия заседала по нескольку дней в месяц в течение ноября 1867 – мая 1868 г. В заседания приглашались также директора Российско-американской компании.
Особое внимание членов Комиссии было обращено на проблему возвращения служащих компании из колоний в Россию. На ранее выделенные средства компания отправила в декабре 1867 г. 168 человек на корабле “Царица”, в январе следующего года на корабле “Аян” в Сибирь был отправлен Новоархангельский гарнизон в количестве 69 человека. В том же году на зафрахтованном корабле “Крылатая стрела” в Россию было отправлено более 300 человек. Оказалось, что переправка одного человека обходится более запланированной суммы в 450 рублей и достигает 730 и даже 830 долларов. Несмотря на это члены Комиссии отказались увеличивать объемы финансирования и предложили сохранить ранее установленную сумму в 728 600 рублей. Поскольку компания уже получила 225 548 рублей, то члены Комиссии постановили выплатить ей оставшуюся сумму в размере 503 052 рубля. При этом любые претензии со стороны служащих должны быть отнесены непосредственно к компании, а не к правительству.
Не меньшую заботу об экономии государственных средств проявили члены Комиссии и при рассмотрении вопроса о компенсации Российско-американской компании. При этом члены Комиссии заявили, что никакого юридического продления привилегий не произошло. Сущность самой привилегии по мнению членов Комиссии заключается в том, что “вместе с предоставлением компании разных исключительных преимуществ, на нея возлагались всякий раз и особые обязанности административные. Таким образом, привилегиям компании придан характер вознаграждения или платы за услугу, которую она оказывала Правительству, избавляя его от необходимости иметь свое особое управление в колониях”. Исходя из понимания сущности самой привилегии, члены Комиссии полагали, что компания имеет право получить компенсацию только за утраченное имущество, а не за ликвидацию ее привилегий и монополий.
Расчеты по начислению компенсации за утраченное имущество проводились сложным образом. Сначала была определена инвентарная стоимость всего имущества по предоставленным руководством компании документам. Затем члены Комиссии исключили из списка некоторые статьи, по которым компенсация не полагалась. Например, была исключена пуш-нина, так как этот товар можно было продать по хорошим ценам в достаточно короткий срок. Таким образом, инвентарная стоимость имуществ была определена в 2 085 401 рубль серебром. Затем по каждой статье имущества была проведена уценка, связанная с его старением и утратой ликвидности. На недвижимое имущество, например, уценка составила 11,5 %, на скот – 30 %, на военные припасы – 40%.
Полученная таким образом “реальная” стоимость имущества подверглась второму этапу пересмотра. Теперь из этой стоимости были вычтены предполагаемые прибили компании от продажи этого имущества американцам. Члены Комиссии правильно полагали, что продать все имуществ по “реальной” стоимости в столь короткие сроки невозможно и поэтому определили “продажную” стоимость значительно ниже “реальной”. Например, корабли компания могла продать только за 20 % от их “реальной” стоимости. Таким образом, сумма назначенной компенсации определялась разницей между “реальной” стоимостью и суммой возможной прибыли компании от продажи имущества.
По подсчетам членов Комиссии компании полагалось выплатить компенсацию за утраченное движимое и недвижимое имущество, скот, припасы, колониальные суда и т.д. 959 716 рублей серебром. При чем два члена Комиссии полагали возможным даже сократить эту сумму и исключить из размера компенсации некоторые статьи, но большинство членов и председатель Бутовский все же остановились на указанной сумме.
Поставленные в известность о размерах компенсации директора компании не скрывали своего неудовольствия. Они согласились на получение указанной суммы только при условии полного списания всех долгов компании казенному и духовному ведомствам, который составлял 346 990 рублей, 72 коп. По мнению большинства членов Комиссии, кроме Энгель-гардта, весь казенный долг компании можно было списать, так как компания могла его выплатить, если бы продолжила свое существование еще на 20 лет. Что же касается долгов духовному ведомству, состоящему из 230 892 рубля 98 коп., то этот долг был признан частным долгом компании и, как и все частные долги, не подлежал списанию.
Комиссия закончила работать в самое неподходящее для Российско-американской компании время. В июне 1868 г. временно управляющим Министерством финансов был назначен генерал-адъютант С.А. Грейг, долго служивший в морском ведомстве, которое, как известно, весьма критически относилось к Российско-американской компании. После тщательного изучения предложений Комиссии управляющий Минфином признал все ее предложения справедливыми, кроме списания долга правительству. По мнению С.А. Грейга, прощение казенного долга “представляло бы вознаграждение компании,” чего нельзя было допустить. Таким образом, с учетом вычета казенного долга и долга духовному ведомству в размере 577 883 рубля 70 коп. из предполагаемой суммы компенсации, составляющей 959 716 рублей, компания должна была получить только 381 832 рубля 30 коп. С учетом вычета всех процентов начисленных на сумму долга компании, эта сумма должна была стать еще меньше.
Вмешательство управляющего министерством финансов С.А. Грейга в предложения Комиссии об уплате компенсации компании серьезно осложнило положение этой организации. Директора компании выступили с резкой критикой принятых решений. Примечательно то, что даже после утраты компанией всех своих привилегий и потери колоний, директора этой организации не боялись выступать с критикой правительственных постановлений. Это было возможно только благодаря высокому статусу самих директоров и их обширным связям. В специально подготовленной записке члены Главного правления заявили, что все владения России в Америке “открыты, завоеваны, приведены в подданство и устроены без всякого содействия со стороны Правительства, единственно предприимчивостью и капиталами частных лиц, из коих, в награду за оказанные ими отечеству заслуги, была образована Высочайшею волею в 1799 году Российско-американская компания”. За весь период деятельности Российско-американская компания потратила около 3800 тыс. рублей на “правительственные обязанности” по освоению колоний. Главное правление подвергло сомнению всю систему подсчета, которой руководствовалось правительство при вычислении суммы убытка компании. По мнению директоров, уценка имущества РАК, составляющая от 11,5% до 35 %, определена членами Комиссии “единственно по собственному своему убеждению”. Директора предложили новую систему подсчета, которая заключалась в том, что для выяснения размеров убытка необходимо вычесть из стоимости всего имущества, составляемого 2 085 401 рубль серебром, ту сумму, которую можно было реально получить от его продажи. Продать имущество можно было только за 500 тыс. рублей. Таким образом, убытки, которые правительство должно возместить компании исчислялись 1 58 5401 рубль серебром.
В конце августа 1868 г. окончательно подготовленный доклад управляющего министерством финансов был внесен на рассмотрение Комитета министров. Министры поддержали предложения С.А. Грейга и постановили: назначить для перевозки служащих оставшиеся 503 052 рубля; выдать компании компенсацию за утраченное имущество в размере 959 716 рублей; из назначенной суммы удержать 635 069 рублей 42 коп. долга РАК с процентами казенному ведомству и духовным заведениям (без учета вновь наросших процентов). Всего к выплате компании назначались 311 197 рублей. Положение Комитета министров было утверждено императором 27 сентября 1868 г.
...
Надежды компании на судебное разбирательство не оправдались, но сохранялся шанс, что в Комитете министров дело будет пересмотрено, и размеры компенсации будут увеличены. Однако и этого не произошло, более того, само ходатайство компании даже не было внесено в повестку заседаний Комитета министров. Неожиданно, император изменил свое первоначальное решение и 4 июня 1869 г. в Царском Селе «повелеть соизволил» жалобу уполномоченных акционеров Российско-американской компании «не внося на рассмотрение Комитета… оставить без последствий».
В результате вмешательства в назревавший конфликт вел. князя Константина его удалось сравнительно быстро уладить. Константин согласился с расширением комитета, включением в его состав новых членов и более тщательном рассмотрении проблемы ликвидации компании с учетов мнения всех заинтересованных сторон. В результате по Высочайше ут-вержденному 13 октября 1867 г. докладу министра финансов была образована специальная Комиссия. От министерства финансов в нее вошли директор департамента торговли и мануфактур т.с. Бутовский (был назначен председателем), д.с.с. Д.Ф. Кобеко и Н.Н. Ермаков; от морского министерства в нее был приглашен д.с.с. М.А. Пещуров; от министерства иностранных дел – вице-директор Азиатского департамента д.с.с. А.С. Энгельгардт; от ведомства Святейшего Синода – д.с.с. В.А. Лавров и от II отделения собственной Его Императорского Величества Канцелярии – т.с. П.Н. Даневский. Комиссия заседала по нескольку дней в месяц в течение ноября 1867 – мая 1868 г. В заседания приглашались также директора Российско-американской компании.
Особое внимание членов Комиссии было обращено на проблему возвращения служащих компании из колоний в Россию. На ранее выделенные средства компания отправила в декабре 1867 г. 168 человек на корабле “Царица”, в январе следующего года на корабле “Аян” в Сибирь был отправлен Новоархангельский гарнизон в количестве 69 человека. В том же году на зафрахтованном корабле “Крылатая стрела” в Россию было отправлено более 300 человек. Оказалось, что переправка одного человека обходится более запланированной суммы в 450 рублей и достигает 730 и даже 830 долларов. Несмотря на это члены Комиссии отказались увеличивать объемы финансирования и предложили сохранить ранее установленную сумму в 728 600 рублей. Поскольку компания уже получила 225 548 рублей, то члены Комиссии постановили выплатить ей оставшуюся сумму в размере 503 052 рубля. При этом любые претензии со стороны служащих должны быть отнесены непосредственно к компании, а не к правительству.
Не меньшую заботу об экономии государственных средств проявили члены Комиссии и при рассмотрении вопроса о компенсации Российско-американской компании. При этом члены Комиссии заявили, что никакого юридического продления привилегий не произошло. Сущность самой привилегии по мнению членов Комиссии заключается в том, что “вместе с предоставлением компании разных исключительных преимуществ, на нея возлагались всякий раз и особые обязанности административные. Таким образом, привилегиям компании придан характер вознаграждения или платы за услугу, которую она оказывала Правительству, избавляя его от необходимости иметь свое особое управление в колониях”. Исходя из понимания сущности самой привилегии, члены Комиссии полагали, что компания имеет право получить компенсацию только за утраченное имущество, а не за ликвидацию ее привилегий и монополий.
Расчеты по начислению компенсации за утраченное имущество проводились сложным образом. Сначала была определена инвентарная стоимость всего имущества по предоставленным руководством компании документам. Затем члены Комиссии исключили из списка некоторые статьи, по которым компенсация не полагалась. Например, была исключена пуш-нина, так как этот товар можно было продать по хорошим ценам в достаточно короткий срок. Таким образом, инвентарная стоимость имуществ была определена в 2 085 401 рубль серебром. Затем по каждой статье имущества была проведена уценка, связанная с его старением и утратой ликвидности. На недвижимое имущество, например, уценка составила 11,5 %, на скот – 30 %, на военные припасы – 40%.
Полученная таким образом “реальная” стоимость имущества подверглась второму этапу пересмотра. Теперь из этой стоимости были вычтены предполагаемые прибили компании от продажи этого имущества американцам. Члены Комиссии правильно полагали, что продать все имуществ по “реальной” стоимости в столь короткие сроки невозможно и поэтому определили “продажную” стоимость значительно ниже “реальной”. Например, корабли компания могла продать только за 20 % от их “реальной” стоимости. Таким образом, сумма назначенной компенсации определялась разницей между “реальной” стоимостью и суммой возможной прибыли компании от продажи имущества.
По подсчетам членов Комиссии компании полагалось выплатить компенсацию за утраченное движимое и недвижимое имущество, скот, припасы, колониальные суда и т.д. 959 716 рублей серебром. При чем два члена Комиссии полагали возможным даже сократить эту сумму и исключить из размера компенсации некоторые статьи, но большинство членов и председатель Бутовский все же остановились на указанной сумме.
Поставленные в известность о размерах компенсации директора компании не скрывали своего неудовольствия. Они согласились на получение указанной суммы только при условии полного списания всех долгов компании казенному и духовному ведомствам, который составлял 346 990 рублей, 72 коп. По мнению большинства членов Комиссии, кроме Энгель-гардта, весь казенный долг компании можно было списать, так как компания могла его выплатить, если бы продолжила свое существование еще на 20 лет. Что же касается долгов духовному ведомству, состоящему из 230 892 рубля 98 коп., то этот долг был признан частным долгом компании и, как и все частные долги, не подлежал списанию.
Комиссия закончила работать в самое неподходящее для Российско-американской компании время. В июне 1868 г. временно управляющим Министерством финансов был назначен генерал-адъютант С.А. Грейг, долго служивший в морском ведомстве, которое, как известно, весьма критически относилось к Российско-американской компании. После тщательного изучения предложений Комиссии управляющий Минфином признал все ее предложения справедливыми, кроме списания долга правительству. По мнению С.А. Грейга, прощение казенного долга “представляло бы вознаграждение компании,” чего нельзя было допустить. Таким образом, с учетом вычета казенного долга и долга духовному ведомству в размере 577 883 рубля 70 коп. из предполагаемой суммы компенсации, составляющей 959 716 рублей, компания должна была получить только 381 832 рубля 30 коп. С учетом вычета всех процентов начисленных на сумму долга компании, эта сумма должна была стать еще меньше.
Вмешательство управляющего министерством финансов С.А. Грейга в предложения Комиссии об уплате компенсации компании серьезно осложнило положение этой организации. Директора компании выступили с резкой критикой принятых решений. Примечательно то, что даже после утраты компанией всех своих привилегий и потери колоний, директора этой организации не боялись выступать с критикой правительственных постановлений. Это было возможно только благодаря высокому статусу самих директоров и их обширным связям. В специально подготовленной записке члены Главного правления заявили, что все владения России в Америке “открыты, завоеваны, приведены в подданство и устроены без всякого содействия со стороны Правительства, единственно предприимчивостью и капиталами частных лиц, из коих, в награду за оказанные ими отечеству заслуги, была образована Высочайшею волею в 1799 году Российско-американская компания”. За весь период деятельности Российско-американская компания потратила около 3800 тыс. рублей на “правительственные обязанности” по освоению колоний. Главное правление подвергло сомнению всю систему подсчета, которой руководствовалось правительство при вычислении суммы убытка компании. По мнению директоров, уценка имущества РАК, составляющая от 11,5% до 35 %, определена членами Комиссии “единственно по собственному своему убеждению”. Директора предложили новую систему подсчета, которая заключалась в том, что для выяснения размеров убытка необходимо вычесть из стоимости всего имущества, составляемого 2 085 401 рубль серебром, ту сумму, которую можно было реально получить от его продажи. Продать имущество можно было только за 500 тыс. рублей. Таким образом, убытки, которые правительство должно возместить компании исчислялись 1 58 5401 рубль серебром.
В конце августа 1868 г. окончательно подготовленный доклад управляющего министерством финансов был внесен на рассмотрение Комитета министров. Министры поддержали предложения С.А. Грейга и постановили: назначить для перевозки служащих оставшиеся 503 052 рубля; выдать компании компенсацию за утраченное имущество в размере 959 716 рублей; из назначенной суммы удержать 635 069 рублей 42 коп. долга РАК с процентами казенному ведомству и духовным заведениям (без учета вновь наросших процентов). Всего к выплате компании назначались 311 197 рублей. Положение Комитета министров было утверждено императором 27 сентября 1868 г.
...
Надежды компании на судебное разбирательство не оправдались, но сохранялся шанс, что в Комитете министров дело будет пересмотрено, и размеры компенсации будут увеличены. Однако и этого не произошло, более того, само ходатайство компании даже не было внесено в повестку заседаний Комитета министров. Неожиданно, император изменил свое первоначальное решение и 4 июня 1869 г. в Царском Селе «повелеть соизволил» жалобу уполномоченных акционеров Российско-американской компании «не внося на рассмотрение Комитета… оставить без последствий».
Rzay
Дистрибьютор добра
После продажи колоний у руководства Российско-американской компа-нии не осталось практически ни одного способа лоббирования своих интересов. Действительно, пока колонии управлялись этой организацией, и правительство было заинтересовано в их сохранении, директора имели рычаги воздействия на министров. Добиваясь необходимых для себя решений, они неоднократно подчеркивали, что без Российско-американской компании Русская Америка существовать не может. Для того, чтобы колонии перешли введение казны необходимы были большие финансовые затраты и министры вынуждены были в той или иной мере считаться с интересами компании. Теперь же когда колонии были проданы, такого мощного способа вести переговоры с правительством у компании не было. Не помог даже авторитет последних директоров Российско-американской компании, министры не желали больше считаться с этой организацией.
Однако даже в такой нелегкой ситуации директора не теряли надежду. Для того, чтобы свести убытки к минимуму директора занялись распродажей того имущества компании, которое находилось в России. Прежде всего, были проданы имеющиеся меха и различные промышленные изделия, затем было распродано недвижимое имущество. Дом Главного правления в Санкт-Петербурге, например, был продан за 29 137 рублей 29 коп., дом Москов-ской конторы за 16 664 рубля 37 коп. Всего доход компании за три ликвидационных года составил 1 993 313 рублей, 2 коп. Однако и расходы составляли немалые суммы, компания продолжала платить жалование своим немногочисленным служащим, немало средств было потрачено на перевозку людей из колоний.
При решении некоторых дел, связанных с ликвидацией компании, директорам все же удалось перенести некоторые финансовые затраты на правительство. В связи с окончанием деятельности Российско-американской компании встал вопрос о лицах, получающих пенсию от этой организации. Компания выплачивала пенсии двум категориям служащих: тем, кто долгое время работал в колониях и был более не способен нести службу (собственно пенсионеры) и тем, кто прослужил много лет в колониях, но все еще продолжал работать на компанию. Представителей первой категории было 22 семьи, состоящих из 64 человек, они ежегодно получали 13935 рублей 4 коп. ассигнациями. Представителей второй категории было 19 семей, состоящих из 95 человек, им ежегодно платили 11214 рублей 80 коп. ассигнациями. Кроме того, пособие получали 4 семьи потомков Шелихова, проживающие в колониях, на них ежегодно тратилось 1221 рублей серебром. По ходатайству директоров компании в апреле 1869 г. министр финансов внес вопрос о пенсионерах на рассмотрение Комитета министров. По мнению М.Х. Рейтерна государство “не может не озаботится об участи этих людей, тем более, что, находясь на службе компании, на коей лежали правительственные обязанности по краю, они служили вместе с тем и госу-дарству”. Комитет министров решил сохранить почти все пособия и пенсии, но некоторые из них сократить в размерах. Всего было определено ежегодно отчислять 7999 рублей 24 коп. серебром на выплату пенсий и пособий бывших служащих Российско-американской компании. Кроме того, единовременно было решено выплатить 411 рублей 42 коп. двум служащим компании.
Успешное решение вопроса с пенсионерами компании вселило некоторые надежды в руководство этой организации. Проблема пересмотра размеров компенсации конечно уже не ставилась, однако директора поняли, что для достижения цели необходимо использовать другой подход, не ставить перед правительством вопрос о полной компенсации за утраченное имущество, а решать каждый вопрос отдельно, тщательно проработав его юридическую сторону. Кроме того, у компании оставался еще один не использованный резерв – ее акционеры. Среди держателей акций были люди весьма влиятельные, на их ходатайство власти могли обратить внимание.
В конце 1870 г. в министерство финансов были направлены два ходатайства Российско-американской компании. Первое было подготовлено директорами, второе – акционерами бывшей монополии. Директора компании просили: 1)списать 16 627 рублей 97 коп. с наросшими процентами в размере 22 635 рублей 34 коп., составляющие долг за пошлины на чай и по ошибке не включенные в общую сумму долга, списанную с компании в 1866 г.; 2) уплатить казенные проценты на назначенную компании сумму в размере 503 052 рубля за перевозку людей, составляющие 30 183 рубля 12 коп.; 3) выдать компании ежегодно причитающую ей сумму, определенную Высочайшим повеление от 20 августа 1866 г. на административные расходы и составляющую 200 тыс. рублей, но поскольку компания исполняла эти обязанности в 1868 г. по Кадьякскому отделу до конца апреля, по всем другим до мая и июня, то директора просили выдать сумму не полностью, а только в размере 89 808 рублей 56 коп.; 4) возвратить компании уплаченные по распоряжению правительственного комиссионера Пещурова единовременные выплаты пенсионерам компании изъятые из ее средств в размере 30 260 рублей 80 коп.
Ходатайство акционеров компании было гораздо более серьезным, но менее подготовленным. Акционеры заявили, что в связи с вынужденной быстрой продажей всего имущества в колониях, бесчинства американцев компания понесла огромные убытки превышающие 2 млн. рублей, с учетом назначенной к выплате компании компенсации в размере 959 716 рублей “остается действительного непокрытого убытка 1 92 352 рубля 71 коп. Именно эту сумму акционеры и просили выплатить компании в виде компенсации. Учитывая предыдущие отказы правительства увеличить размеры компенсации, данное ходатайство акционеров практически не имело шансов на удовлетворение.
Министр финансов М.Х. Рейтерн сразу же разделил домогательства Российско-американской компании на две категории: те, которые подтверждаются имеющимися в министерстве данными, и те, которые “клонятся к увеличению вознаграждения”. Первая категория, составляющая в основном просьбы Главного правления, подлежит рассмотрению и может быть удовлетворена, вторая – должна быть оставлена без последствий. Комитет министров согласился с Рейтерном, замечания были сделаны только по одному пункту претензий директоров. По мнению министров долг компании за пошлины на чай в размере 16 627 рублей 97 коп. с наросшими процентами не были включены в общую сумму долга, списанную в 1866 г. “по вине самой компании”, а потому нет никаких оснований списывать этот долг. Таким образом, комитет министров постановил удовлетворить все просьбы Главного правления компании, за исключением списания долга по уплате пошлин за чай. В результате компания было решено выдать 150 252 рубля 48 коп. Кроме этого, министры рекомендовали директорам как можно быстрее закончить свои дела и закрыть само Главное правление.
Император утвердил положение Комитета министров 5 марта 1871 г. и велел выплатить указанную сумму Российско-американской компании из денег полученных от продажи колоний. Большая часть этих средств никогда не пересекала границы Российской империи в виде наличных денег. Согласно Высочайшему повелению от 18 августа 1867 г. все полученные от США деньги были размещены в Европейских банках и причислены к фонду построения железных дорог. Всего же было назначено к передаче из казначейства США 12 868 724 рубля 50 коп., однако из них 1 506 242 рубля 56 коп. были потрачены еще до перечисления. Тайный советник Э. Стекль получил из этой суммы награду в размере 25 тыс. рублей, секретарю миссии В.А. Бодиско было выплачено с той же целью 5 тыс. рублей. На разъезды А.А. Пещуров потратил 13 246 рублей 61 коп., за телеграмму было уплачено 227 рублей 95 коп. Большую же часть средств было израсходовано на Российско-американскую компанию. Она получила 1 423 504 рубля 69 коп., из которых на перевозку служащих и уплату им части жалования ушло 827 698 рублей 58 коп.; передано православному ведомству в счет долгов РАК 233 649 рублей 46 коп.; передано лютеранскому ведомству 2694 рубля 67 коп. и обращено к уплате долга РАК государству 359 461 рубля 98 коп. Кроме того, 39 263 рубля 31 коп. были “обращены в таможенный доход”.
Всего же поступили от казначейства США 11 362 481 рубль 94 коп., к марту 1871 г. было истрачено на покупку принадлежностей для Курско-Киевской, Рязанско-Козловской и Московско-Рязанской железных дорог 10 972 238 рублей 4 коп. Остаток в размере 390243 рублей 90 коп. поступил наличностью в Государственное казначейство России. Из этих средств и было выплачено компании 150 242 рубля 48 коп. в качестве окончательных расче-тов с этой организацией.
Вскоре после получения денег 11 апреля 1871 г. было проведено последнее собрание акционеров Российско-американской компании. На этом собрании были подведены итоги ликвидационного процесса, директора заявили, что основные расчеты компании произведены в ликвидации осталось только 247 875 рублей 11 коп. в связи с этим надобности в существовании Главного правления больше не имеется. Акционеры постановили Главное правление РАК распустить, оставив в звании директора одного Николая Ивановича Любавина, который и должен произвести все остальные расчеты и ликвидировать дела компании. 4 мая 1871 г. вышел Сенатский указ закрепивший решение акционеров о прекращении деятельности Главного правления Российско-американской компании.
Полученные от распродажи имущества Российско-американской компа-нии суммы были использованы на выкуп акций у акционеров и уплаты по ним дивидендов. Процесс этот занял почти двадцать лет. По первой ведомости за 1869-1880 г. 354 акционерам, имевшим 7434 акции, было выплачено по 100 рублей за акцию на общую сумму 743 400 рублей. По второй ведомости за 1869-1881 гг. по 7428 акциям было выплачено еще 442 800 рублей. Третья уплата по 30 рублей за 7379 акций была произведена в 1871-1884 гг., когда акционеры получили 221 370 рублей. Наконец, последняя выплата была осуществлена в 1881-1888 гг., когда по оставшимся 5225 акциям было уплачено 20 638 рублей 75 коп., то есть по 3 рубля 95 коп. за акцию. Всего же акционеры получили за 1869-1888 гг. 1 428 208 рублей 75 коп.
На завершающем этапе своей работы директора компании своим долгом посчитали добиться награждения служащих этой организации. 24 апреля 1871 г уже после решения акционеров о роспуске Главного правления, они обратились в департамент торговли и мануфактур министерства финансов с просьбой наградить бывших служащих компании. Достойных получить награды оказалось немало. К наградам были представлены бывшие столоначальники Главного правленияА. Алексеев, А. Глушков, бухгалтера и их помощники П.Хонин, С. Амосов, А. Овандер, архивариус И. Турин и другие лица, всего 12 человек.
Последнее ходатайство Главного правления РАК оказалось на редкость удачным. В январе 1872 г. после тщательного рассмотрения в правительстве заслуг всех претендентов вышел указ императора Александра II о награждении бывших служащих компании. Среди наград были ордена Св. Анны 3 степ., Св. Станислава 2 и 3 степ., серебренные медали с надписью «За усердие», некоторые были награждены званием почетных граждан.
Судьба последних директоров Российско-американской компании, за исключением М.Д. Тебенькова и Е.Е. Врангеля, скончавшихся вскоре после ликвидации компании, сложилась вполне благополучно, хотя после длительной и упорной борьбы с правительством по вопросу о предоставлении компенсаций за утраченное колониальное имущество рассчитывать на получение каких-либо наград им не приходилось. Н.И. Любавин и Н.Н. Анциферов добились наибольших успехов, они продолжали заниматься коммерцией и успешно развивали свой бизнес. Н.Н. Анциферов стал даже председателем правления одного из крупнейших банков Российский империи - Санкт-петербургского международного коммерческого банка. Э.И. Тилло проявил себя в военно-морском и военно-инженерном деле, он также занимался коммерцией, участвовал в управлении нескольких акционерных компаний.
Весь процесс ликвидации Российско-американской компании, занявший несколько лет, протекал в довольно сложной и напряженной обстановке. Решение о продаже колоний было принято в правительстве без учета мнения компании, в очередной раз при решении внешнеполитического вопроса высшие власти империи не попытались изучить интересы этой организации. По причине быстрой продажи имущества РАК в условиях юридической непродуманности процесса ликвидации, компания понесла значительные убытки, компенсировать которые могло только правительство. Директора компании пытались последовательно отстаивать интересы акционеров. Даже потеряв практически все рычаги воздействия на правительство, утратив все способы лоббирования своих интересов и потеряв многих своих по-кровителей, они продолжали вести упорную борьбу за получение компенсаций. Но настроенное на экономию денежных средств правительство России выплатило лишь часть причитающихся Российско-американской компании денег. Конечно, многих проблем можно было избежать, если бы правительство учитывало интересы компании при принятии важных реше-ний, касающихся ее. Именно этого всегда добивались директора РАК в своих отношениях с правительством, которое не всегда отвечало взаимностью.
(с) Ермолаев А. Н. «Ликвидация Российско-американской компании, 1867-1871 гг.»
Однако даже в такой нелегкой ситуации директора не теряли надежду. Для того, чтобы свести убытки к минимуму директора занялись распродажей того имущества компании, которое находилось в России. Прежде всего, были проданы имеющиеся меха и различные промышленные изделия, затем было распродано недвижимое имущество. Дом Главного правления в Санкт-Петербурге, например, был продан за 29 137 рублей 29 коп., дом Москов-ской конторы за 16 664 рубля 37 коп. Всего доход компании за три ликвидационных года составил 1 993 313 рублей, 2 коп. Однако и расходы составляли немалые суммы, компания продолжала платить жалование своим немногочисленным служащим, немало средств было потрачено на перевозку людей из колоний.
При решении некоторых дел, связанных с ликвидацией компании, директорам все же удалось перенести некоторые финансовые затраты на правительство. В связи с окончанием деятельности Российско-американской компании встал вопрос о лицах, получающих пенсию от этой организации. Компания выплачивала пенсии двум категориям служащих: тем, кто долгое время работал в колониях и был более не способен нести службу (собственно пенсионеры) и тем, кто прослужил много лет в колониях, но все еще продолжал работать на компанию. Представителей первой категории было 22 семьи, состоящих из 64 человек, они ежегодно получали 13935 рублей 4 коп. ассигнациями. Представителей второй категории было 19 семей, состоящих из 95 человек, им ежегодно платили 11214 рублей 80 коп. ассигнациями. Кроме того, пособие получали 4 семьи потомков Шелихова, проживающие в колониях, на них ежегодно тратилось 1221 рублей серебром. По ходатайству директоров компании в апреле 1869 г. министр финансов внес вопрос о пенсионерах на рассмотрение Комитета министров. По мнению М.Х. Рейтерна государство “не может не озаботится об участи этих людей, тем более, что, находясь на службе компании, на коей лежали правительственные обязанности по краю, они служили вместе с тем и госу-дарству”. Комитет министров решил сохранить почти все пособия и пенсии, но некоторые из них сократить в размерах. Всего было определено ежегодно отчислять 7999 рублей 24 коп. серебром на выплату пенсий и пособий бывших служащих Российско-американской компании. Кроме того, единовременно было решено выплатить 411 рублей 42 коп. двум служащим компании.
Успешное решение вопроса с пенсионерами компании вселило некоторые надежды в руководство этой организации. Проблема пересмотра размеров компенсации конечно уже не ставилась, однако директора поняли, что для достижения цели необходимо использовать другой подход, не ставить перед правительством вопрос о полной компенсации за утраченное имущество, а решать каждый вопрос отдельно, тщательно проработав его юридическую сторону. Кроме того, у компании оставался еще один не использованный резерв – ее акционеры. Среди держателей акций были люди весьма влиятельные, на их ходатайство власти могли обратить внимание.
В конце 1870 г. в министерство финансов были направлены два ходатайства Российско-американской компании. Первое было подготовлено директорами, второе – акционерами бывшей монополии. Директора компании просили: 1)списать 16 627 рублей 97 коп. с наросшими процентами в размере 22 635 рублей 34 коп., составляющие долг за пошлины на чай и по ошибке не включенные в общую сумму долга, списанную с компании в 1866 г.; 2) уплатить казенные проценты на назначенную компании сумму в размере 503 052 рубля за перевозку людей, составляющие 30 183 рубля 12 коп.; 3) выдать компании ежегодно причитающую ей сумму, определенную Высочайшим повеление от 20 августа 1866 г. на административные расходы и составляющую 200 тыс. рублей, но поскольку компания исполняла эти обязанности в 1868 г. по Кадьякскому отделу до конца апреля, по всем другим до мая и июня, то директора просили выдать сумму не полностью, а только в размере 89 808 рублей 56 коп.; 4) возвратить компании уплаченные по распоряжению правительственного комиссионера Пещурова единовременные выплаты пенсионерам компании изъятые из ее средств в размере 30 260 рублей 80 коп.
Ходатайство акционеров компании было гораздо более серьезным, но менее подготовленным. Акционеры заявили, что в связи с вынужденной быстрой продажей всего имущества в колониях, бесчинства американцев компания понесла огромные убытки превышающие 2 млн. рублей, с учетом назначенной к выплате компании компенсации в размере 959 716 рублей “остается действительного непокрытого убытка 1 92 352 рубля 71 коп. Именно эту сумму акционеры и просили выплатить компании в виде компенсации. Учитывая предыдущие отказы правительства увеличить размеры компенсации, данное ходатайство акционеров практически не имело шансов на удовлетворение.
Министр финансов М.Х. Рейтерн сразу же разделил домогательства Российско-американской компании на две категории: те, которые подтверждаются имеющимися в министерстве данными, и те, которые “клонятся к увеличению вознаграждения”. Первая категория, составляющая в основном просьбы Главного правления, подлежит рассмотрению и может быть удовлетворена, вторая – должна быть оставлена без последствий. Комитет министров согласился с Рейтерном, замечания были сделаны только по одному пункту претензий директоров. По мнению министров долг компании за пошлины на чай в размере 16 627 рублей 97 коп. с наросшими процентами не были включены в общую сумму долга, списанную в 1866 г. “по вине самой компании”, а потому нет никаких оснований списывать этот долг. Таким образом, комитет министров постановил удовлетворить все просьбы Главного правления компании, за исключением списания долга по уплате пошлин за чай. В результате компания было решено выдать 150 252 рубля 48 коп. Кроме этого, министры рекомендовали директорам как можно быстрее закончить свои дела и закрыть само Главное правление.
Император утвердил положение Комитета министров 5 марта 1871 г. и велел выплатить указанную сумму Российско-американской компании из денег полученных от продажи колоний. Большая часть этих средств никогда не пересекала границы Российской империи в виде наличных денег. Согласно Высочайшему повелению от 18 августа 1867 г. все полученные от США деньги были размещены в Европейских банках и причислены к фонду построения железных дорог. Всего же было назначено к передаче из казначейства США 12 868 724 рубля 50 коп., однако из них 1 506 242 рубля 56 коп. были потрачены еще до перечисления. Тайный советник Э. Стекль получил из этой суммы награду в размере 25 тыс. рублей, секретарю миссии В.А. Бодиско было выплачено с той же целью 5 тыс. рублей. На разъезды А.А. Пещуров потратил 13 246 рублей 61 коп., за телеграмму было уплачено 227 рублей 95 коп. Большую же часть средств было израсходовано на Российско-американскую компанию. Она получила 1 423 504 рубля 69 коп., из которых на перевозку служащих и уплату им части жалования ушло 827 698 рублей 58 коп.; передано православному ведомству в счет долгов РАК 233 649 рублей 46 коп.; передано лютеранскому ведомству 2694 рубля 67 коп. и обращено к уплате долга РАК государству 359 461 рубля 98 коп. Кроме того, 39 263 рубля 31 коп. были “обращены в таможенный доход”.
Всего же поступили от казначейства США 11 362 481 рубль 94 коп., к марту 1871 г. было истрачено на покупку принадлежностей для Курско-Киевской, Рязанско-Козловской и Московско-Рязанской железных дорог 10 972 238 рублей 4 коп. Остаток в размере 390243 рублей 90 коп. поступил наличностью в Государственное казначейство России. Из этих средств и было выплачено компании 150 242 рубля 48 коп. в качестве окончательных расче-тов с этой организацией.
Вскоре после получения денег 11 апреля 1871 г. было проведено последнее собрание акционеров Российско-американской компании. На этом собрании были подведены итоги ликвидационного процесса, директора заявили, что основные расчеты компании произведены в ликвидации осталось только 247 875 рублей 11 коп. в связи с этим надобности в существовании Главного правления больше не имеется. Акционеры постановили Главное правление РАК распустить, оставив в звании директора одного Николая Ивановича Любавина, который и должен произвести все остальные расчеты и ликвидировать дела компании. 4 мая 1871 г. вышел Сенатский указ закрепивший решение акционеров о прекращении деятельности Главного правления Российско-американской компании.
Полученные от распродажи имущества Российско-американской компа-нии суммы были использованы на выкуп акций у акционеров и уплаты по ним дивидендов. Процесс этот занял почти двадцать лет. По первой ведомости за 1869-1880 г. 354 акционерам, имевшим 7434 акции, было выплачено по 100 рублей за акцию на общую сумму 743 400 рублей. По второй ведомости за 1869-1881 гг. по 7428 акциям было выплачено еще 442 800 рублей. Третья уплата по 30 рублей за 7379 акций была произведена в 1871-1884 гг., когда акционеры получили 221 370 рублей. Наконец, последняя выплата была осуществлена в 1881-1888 гг., когда по оставшимся 5225 акциям было уплачено 20 638 рублей 75 коп., то есть по 3 рубля 95 коп. за акцию. Всего же акционеры получили за 1869-1888 гг. 1 428 208 рублей 75 коп.
На завершающем этапе своей работы директора компании своим долгом посчитали добиться награждения служащих этой организации. 24 апреля 1871 г уже после решения акционеров о роспуске Главного правления, они обратились в департамент торговли и мануфактур министерства финансов с просьбой наградить бывших служащих компании. Достойных получить награды оказалось немало. К наградам были представлены бывшие столоначальники Главного правленияА. Алексеев, А. Глушков, бухгалтера и их помощники П.Хонин, С. Амосов, А. Овандер, архивариус И. Турин и другие лица, всего 12 человек.
Последнее ходатайство Главного правления РАК оказалось на редкость удачным. В январе 1872 г. после тщательного рассмотрения в правительстве заслуг всех претендентов вышел указ императора Александра II о награждении бывших служащих компании. Среди наград были ордена Св. Анны 3 степ., Св. Станислава 2 и 3 степ., серебренные медали с надписью «За усердие», некоторые были награждены званием почетных граждан.
Судьба последних директоров Российско-американской компании, за исключением М.Д. Тебенькова и Е.Е. Врангеля, скончавшихся вскоре после ликвидации компании, сложилась вполне благополучно, хотя после длительной и упорной борьбы с правительством по вопросу о предоставлении компенсаций за утраченное колониальное имущество рассчитывать на получение каких-либо наград им не приходилось. Н.И. Любавин и Н.Н. Анциферов добились наибольших успехов, они продолжали заниматься коммерцией и успешно развивали свой бизнес. Н.Н. Анциферов стал даже председателем правления одного из крупнейших банков Российский империи - Санкт-петербургского международного коммерческого банка. Э.И. Тилло проявил себя в военно-морском и военно-инженерном деле, он также занимался коммерцией, участвовал в управлении нескольких акционерных компаний.
Весь процесс ликвидации Российско-американской компании, занявший несколько лет, протекал в довольно сложной и напряженной обстановке. Решение о продаже колоний было принято в правительстве без учета мнения компании, в очередной раз при решении внешнеполитического вопроса высшие власти империи не попытались изучить интересы этой организации. По причине быстрой продажи имущества РАК в условиях юридической непродуманности процесса ликвидации, компания понесла значительные убытки, компенсировать которые могло только правительство. Директора компании пытались последовательно отстаивать интересы акционеров. Даже потеряв практически все рычаги воздействия на правительство, утратив все способы лоббирования своих интересов и потеряв многих своих по-кровителей, они продолжали вести упорную борьбу за получение компенсаций. Но настроенное на экономию денежных средств правительство России выплатило лишь часть причитающихся Российско-американской компании денег. Конечно, многих проблем можно было избежать, если бы правительство учитывало интересы компании при принятии важных реше-ний, касающихся ее. Именно этого всегда добивались директора РАК в своих отношениях с правительством, которое не всегда отвечало взаимностью.
(с) Ермолаев А. Н. «Ликвидация Российско-американской компании, 1867-1871 гг.»
Россия, способная построить Транссиб в 1850, не имела бы никаких проблем с Японией.
Rzay
Дистрибьютор добра
А к чему это писать, если она определённо не была тогда способна построить Транссиб в 1850? Видите вон, и сами деньги от продажи Аляски 17ю годами позже пошли на закупку за рубежом оборудования для постройки железных дорого в центральной части страны.