Епископ Мортон тоскливо разрывался между своим долгом и чувством самосохронения.
Чувство долга подсказывало ему, что Ричард не вечен, и за свои сегодняшние слова ему придется отвечать. А чувство самосохранения говорило, что если он сейчас скажет что-то не то - до отвественности за свои слова в будущем скорее всего не доживет. Вряд ли этот "урод" посчитается с непрекосновенностью духовной особы.
Он медленно поднялся, долго и натужно сопел, изобличая тем тяжкую борьбу, разрывавшую его мозги, и потом начал бубнить, как из пулемета:
- С одной стороны мы видим здесь явное преимущество помещения в Тауер, а с другой это преимущество кажестя мне сомнительным, потому что с другой стороны преимущество в Тауере кажется мне очень серьезным ввиду опасности, а другой стороны и не кажестся...
Он передохнул и продолжил еще более быстро, глотая окончания предложений:
- В общем мне кажется, что с другой стороны, мне кажется... и я считаю, что с первой стороны... И вот, подумав, я склоняюсь... в общем лучше было бы... да лучше не в Тауер... а может лучше в Тауер.. в общем я подумал и решил просить.... нет, не в Тауер... с другой стороны... нет лучше... и мне кажется...
Он захлебнулся словами и умолк.