Гиви же цитировал рассказ Плутарха о себе из "Демосфена". По-моему, ясно выраженная позиция патриота греческой "малой Родины".
Посмотрите еще на текст из "Мария":
"Мы не можем назвать третьего имени Гая Мария, равно как и Квинта Сертория, захватившего Испанию, или Луция Муммия, взявшего Коринф (Ахейским Муммий был назван за свой подвиг, как Сципион — Африканским, а Метелл — Македонским). Этим убедительнее всего, как думает Посидоний, опровергается мнение, будто собственным служит у римлян третье имя, как, например, Камилл, Марцелл, Катон: будь это так, человек, имеющий только два имени, оказался бы безымянным. Но Посидоний не замечает, что, по его собственному суждению, безымянны все женщины, ибо ни одна не имеет первого имени, которое, как он считает, и служит у римлян собственным. Что касается остальных двух имен, то одно из них — общее для всей семьи, например Помпеи, Манлии и Корнелии (как у нас говорят: Гераклиды или Пелопиды), другое — как бы прозвище, определяющее нрав человека или его наружность с ее недостатками либо данное ему за какой-нибудь подвиг; таковы имена Макрин, Торкват, Сулла, подобно тому как у нас — Мнемон, Грип или Каллиник. Повод к спорам здесь дает перемена в обычае".
Мне ясно видно, что Плутарх рассказывает "о них", а не "о нас". То есть он не считает себя римлянином...