http://www.vostlit.info/Texts/rus11/Konst_Bagr_2/text33.phtml?id=6392
Ныне установлено, что у Константина идет речь о происхождении рода князя Михаила из "личиков" (Litzikh), "некрещеных поселенцев на реке Висле". Ф. Дворник считает возможным принять конъектуру П. Скока (Linzikh — "линцики"), усматривая здесь один из вариантов того названия ("Ляхи", "Lengyel"), под которым у своих восточных и южных соседей выступали поляки (DAI. II. Р. 139). Это предположение принимает ряд польских исследователей, например, Г. Лябуда (Licikaviki // SSS. W-wa, 1967. Т. III, cz. l. S. 56). Однако данная гипотеза не позволяет решить возникающие при этом проблемы. Во-первых, название польского племени, граничившего с венгерскими и древнерусскими землями (этим названием венгры и русские впоследствии обозначали всю совокупность племен в составе Древнепольского государства), Константин не только хорошо знает в его правильной, первоначальной форме — "лендзяне" (Lenzaninoi), но и сам употребляет дважды (9.10; 37.44). Предпочтение в гл. 33 формы Lenzikh было бы в таком случае непонятно. Во-вторых, этноним "личики" Константина естественно сопоставлять с наименованием "licicaviki" в сочинении младшего современника Константина, саксонского хрониста Видукинда. Описывая деяния Вихманна, одного из родственников Оттона I, хронист отметил, что он "в двух сражениях нанес поражение королю Мешко, под властью которого были славяне, что зовутся лицикавики" (Widukindi monachi Corbeiensis Rerum gestarum saxonicarum libri tres. III, 66). Так как названный Мешко — хорошо известный правитель Польши, а "лицикавики" определены как его подданные, то ясно, что схожие названия "личики" и "лицикавики" относятся к одной и той же территории, главной водной артерией которой являлась р. Висла, т.е. оба эти народа идентичны. Следует учесть также, что в немецкой феодальной среде не существовало традиции обозначать земли Древнепольского государства названием такого польского племени, с которым (в частности, с ляхами) немецкие земли не граничили. Кроме того, отсутствие носового звука в слове "licicaviki" говорит против конъектуры Скока, вводящей этот звук в название "личики", и свидетельствует против сходства конструируемого имени "линцики" с названием "ляхи" ("лендзяне"). Следовательно, "личики" — "лицикавики" и "лендзяне" — разные наименования (Lowmianski H. Poczatki. Т. V. S. 485-486). Что касается значения названия "лицикавики" / "личики", то в настоящее время преобладает мнение, что здесь имеются в виду "лестковичи" (патронимический суффикс "овичи" передан у Видукинда как "avici") — так называли потомков (или подданных) Лестка-Лешка. Кем был Лестко-Лешек, точки зрения расходятся. Т Василевский считает его имя эпонимом, обозначением легендарного предка малопольского племени вислян. Отголосок этой традиции ученый усматривает в рассказе польского хрониста начала XIII в. Винцента Кадлубка о Лестках — легендарных правителях Польши, сидевших в Кракове (Magistri Wincentii Chronicon Polonorum. Lwow, 1872. Т. II. I. 11, 13, 17) (Wasilewski Т. Wislanska dynastia. S. 30-31). "Лицикавики", однако, по данным Видукинда, подчинялись Мешко I, тогда как земля вислян во второй половине X в. входила в состав Древнечешского государства. Т. Левицкий, а затем X Ловмяньский отождествляют "Лестка" с Лестком, который упомянут в хронике Галла Анонима (начало XII в.) как дед Мешко I(Galli Anonymi Cronica et Gesta ducum sive principum Polonorum/ Ed.K. Maleczynski. Krakow, 1953. I,3). Лестко, следовательно, жил в первой половине X в. В таком случае термин "лестковичи" означал бы всех лиц, находившихся под властью Лестка и его преемников, т.е. и великопольское племя полян, князем которого был Лестко, и другие племена, подчинившиеся его власти . Этот этноним — новый в политической географии Центральной Европы (возникший в процессе формирования нового политического целого — Древнепольского государства) — просуществовал недолго и к началу XI в. был вытеснен другим названием — Polonia, образованным от имени племени полян. Если принять эту гипотезу, следует думать, что Константин узнал название "лестковичи" от немецких послов, в середине X в. неоднократно посещавших Константинополь (Lowmianski H. Poczatki. T. V. S. 486- 488). Сообщение о том, что "личики" — "некрещеные", правильно, если относить его к территории Древнепольского государства: Мешко I принял крещение только после смерти Константина Багрянородного. В вопросе о происхождении захлумской династии исследователи сходятся в том, что предок (отец?) Михаила Захлумского (Выш?) покинул землю "личиков" и стал князем Захумья во второй половине 70-х годов IX в., когда резко усилилось влияние Византии в Далмации. Этим временем датируется рассказ Константина в биографии Василия I о крещении при нем языческих сербских племен, которым император назначил и князей (архонтов). Рассказ заканчивался замечанием, что с тех пор и до времени работы автора над этим трудом князья постоянно избирались из тех же самых родов
