Антирезун Осокин:
Союзники против Англии?
Чтобы оценить принципиальную возможность создания военного союза Гитлера и Сталина против Англии, необходимо рассмотреть этот вопрос в нескольких аспектах: геополитико-экономическом, политическом, военном и личном.
1. Геополитико-экономический.
<...> Англия, расположенная на Британских островах, будучи морской державой, стала «владычицей морей». Для Германии и России выход в Мировой океан был постоянной проблемой. Основное море, омывающее берега Германии,Балтийское, фактически является внутренним, ибо выход из него в океан возможен лишь через проливы Каттегат и Скагеррак (по территории других государств), либо через принадлежащий Германии Кильский канал, который легко мог быть заперт противником. Выход в океан из второго германского моря -- Северного -- перекрывается Британскими островами и потому жестко контролируется Англией.
Россией были освоены лишь два из многочисленных морей, омывающих ее, -- Балтийское, со всеми вышеуказанными проблемами выхода из него в океан, и Черное, тоже внутреннее, с выходом через проливы Босфор и Дарданеллы, контролируемые Турцией.
Благодаря этому географическому преимуществу Англии удалось создать огромную Британскую империю, над которой никогда не заходило солнце. Англия держала под контролем не только свои колонии и доминионы, но и мировые запасы сырья, а также морские пути, то есть всю международную торговлю.
Бурно развивавшаяся промышленность Германии остро нуждалась и в сырьевых базах, и в новых рынках сбыта для своей продукции; кроме того, Германии просто не хватало жизненного пространства для быстро растущего населения.
Россия также была огромной империей, однако не разбросанной по свету, а компактно расположенной и при этом занимающей добрую половину Евразии. Она обладала неисчислимыми запасами сырья и производила большое количество разнообразной сельскохозяйственной продукции, нуждающейся в сбыте. Поэтому ее интересы то и дело сталкивались с интересами Британской империи -- в районах черноморских проливов и Средиземного моря, на Ближнем и Дальнем Востоке, в Афганистане и Индии.
Советская Россия, несомненно, выступала за вовлечение в мировой союз социалистических государств новых стран, большинство из которых либо входили в состав Британской империи, либо зависели от нее. С этой точки зрения, распад Британской империи высвободил бы из ее пут множество государств, которые, по мнению советского руководства, вполне могли стать на путь социализма.
Основатель германской геополитической школы и один из главных теоретиков и идеологов Третьего рейха Карл Хаусхофер утверждал, что мировые державы делятся на морские и континентальные, что и определяет их главные противоречия и интересы. Поэтому он выступал сторонником союза Германии с СССР. Скорее всего именно его идеи, поддержанные министром иностранных дел Риббентропом, значительной частью высшего генералитета, восточно-прусской верхушкой и послом в Москве Шуленбургом, получили в конце концов одобрение фюрера (ранее указывавшего на Россию как главный объект военных устремлений Третьего рейха в своей главной работе, библии нацизма «Майн кампф»). Интересы Германии и СССР в течение длительного периода серьезно совпадали еще в одном вопросе -- необходимости обеих стран ликвидировать «остракизм» со стороны великих держав, которому они подвергались с 1939 года по решению Версальской конференции, руководимой премьер-министром Великобритании Ллойд-Джорджем. Последствиями ее стали: потери обеими странами значительной части своих территорий; выплата репараций Германией; прекращение дипломатических и экономических отношений наиболее развитых стран мира с Советской Россией; отказ в приеме обеих стран в Лигу Наций; жесткие ограничения армии и военной промышленности Германии; сокращение международной торговли обеих стран. К 1939 году некоторые из этих вопросов были сняты с повестки дня, но главная проблема оставалась -- Британская империя.
Это и создало почву для внезапного заключения пакта «Риббентроп--Молотов», проведения берлинских переговоров, интенсивного экономического и тайного военного сотрудничества, возможно, даже тайного присоединения СССР к Пакту трех и превращению его в Пакт четырех для участия в переделе мира за счет «британского наследства».
2. Политический.
Английская парламентская демократия в условиях монархии вызывала ярость у обоих диктаторов, так как она более явно, чем даже в республиканско-демократической стране -- США, показывала необходимость зависимости главы государства (даже монарха!) от парламентской «говорильни». Причем такое «ненормальное» государство, как Великобритания, почему-то не только не развалилось без «сильной руки», а, напротив, покорило и уже несколько столетий удерживало под своей властью полмира.
3. Личный.
Гитлер не мог простить Англии не только послевоенных унижений, перенесенных всей Германией, но и своих личных страданий, в частности отравления во время английской газовой атаки под Ипром, чуть не сделавшего его инвалидом и заставившего его, человека храброго (за первую мировую войну он был награжден Железным крестом II и I степени, во время второй мировой войны постоянно выезжал на фронты), пережить животный страх, возможно, даже повлиявшего на его психику.
Сталин считал, что хорошо знает Англию, так как побывал там в 1906 году на V (Лондонском) съезде РСДРП. Он увидел совершенно неведомую жизнь, невероятно высокий материальный уровень жизни, пугающие достижения цивилизации. В сочетании с непонятным языком (что затрудняло ему не только общение, но и просто пребывание в Лондоне) и с невыносимыми для южанина постоянными дождями и туманами, эта «загранкомандировка» вызвала в нем ненависть к загранице, персонифицированную на Англии. Не исключено, что именно это стало причиной минимального (по сравнению с другими ведущими державами мира) экономического сотрудничества СССР с Англией, а также привело к многочисленным конфликтам с ней («Письмо Зиновьева», ультиматумы Чемберлена и Керзона и т.п.). В СССР в 1920--1930-е годы для объяснения многих трудностей бытовало выражение: «Англичанка» гадит». Кстати, в Германии после первой мировой войны было в ходу выражение: «Боже, покарай Англию!».
4. Военный.
Разбросанность британских воинских контингентов по всему свету привела к тому, что к моменту эвакуации 340 тыс. солдат и офицеров английского экспедиционного корпуса из Франции в Дюнкерке численность регулярных сухопутных войск на Британских островах не превышала 100 тыс. человек. Конечно же, это провоцировало Гитлера на высадку десанта в Англии, несмотря на все связанные с этим трудности. (Тем более непонятно и подозрительно, что Гитлер остановил свои танки перед Дюнкерком, -- это дало возможность переправить через Ла-Манш английский экспедиционный корпус и остатки французской армии (70 тыс. чел.), что увеличило численность войск, защищающих Англию, в пять раз!)
Однако у Гитлера для высадки в любом случае не хватало десантных судов, отсутствовали плавающие танки, было мало воздушно-десантных войск. Все это имелось в огромном количестве у Сталина: грузовые суда; плавающие танки -- в СССР «с 1931 по 1939 год было произведено 7309 танкеток и плавающих танков типа Т-27, Т-37А и Т-38. К началу Отечественной войны на вооружении Красной Армии состояло 5836 таких машин»; корпуса ВДВ, которых к 1941 году стало пять (число десантников в них превышало общее количество десантных войск во всех остальных странах мира вместе взятых). Поэтому скорее всего именно после заключения во время берлинских переговоров в ноябре 1940 года тайной договоренности об участии СССР в высадке десанта на Британских островах в приграничные районы СССР стали прибывать танковые и мотомеханизированные соединения, имеющие плавающие танки, а также дивизии ВДВ и специальные авиатранспортные полки для их переброски по воздуху. Свыше 30 грузовых советских судов к маю 1941 года были переданы в распоряжение Германии и находились в немецких и датских портах.
Самым же главным подтверждением того, что Сталин дал согласие на участие СССР в высадке десанта на Британские острова, является его реакция на предупреждения о готовящемся нападении Германии на СССР, поступавшие со всех сторон, в первую очередь от внешней разведки НКГБ и разведуправления Генштаба. Они вызывали в нем не просто раздражение, а ярость: он то и дело требовал не просто разобраться, но и наказать виновных -- людей, которые, порой рискуя жизнью, добыли эту важнейшую информацию, при этом он доходил до матерных резолюций в их адрес на полях документов.
Причин для его ярости было две:
1) не мог же он каждому объяснять, что немцы стягивают войска к советской границе на основании его договоренности с Гитлером, чтобы с помощью советского железнодорожного транспорта двинуться через СССР на Ближний Восток, в то время как немецкие составы повезут советские войска к Северному морю;
2) он опасался, что «тупые» генералы, как немецкие, так и его собственные, пойдут на поводу «английских провокаторов» и устроят советско-германский пограничный конфликт, что сорвет единственную возможность без боя вывести советские армии на крайний запад Европы, а там уже решать, высаживаться в Англии или повернуть на Германию, открыв совместный советско-английский Западный фронт против Гитлера.
Черчилль же, узнав о тайном сговоре Гитлера и Сталина против Англии, поручил разведслужбам похитить Гесса либо заманить его в Англию, а после того как это удалось сделать, довел до сведения впечатлительного Гитлера, что Сталин никогда не поверит, что Гесс не был послан им для переговоров с Черчиллем о совместной войне против большевиков, а значит, Сталин сам может ударить по германским войскам в любой момент.
Очень вероятно, что Черчилль даже договорился с Гитлером через Гесса о совместном ударе по СССР на рассвете 22 июня 1941 года и в этот день имитировал налеты на советские военно-морские базы за час-два до удара немцев, то есть фактически спровоцировал нападение Германии на СССР. Утром же 22 июня оказалось, что Германия должна одна воевать против СССР и вести войну на два фронта.
http://www.globalaffairs.ru/articles/7686.html