Мне кажется, ergo не может вводить аблатив абсолют. Оно относится к предыдущему тексту и действительно может переводиться как "поэтому", "вследствие этого" - либо более общими словами вроде "итак" ("и вот" у Тюленева).
(Юстин выдвинул Эвтариха), "...поэтому Теодерих, по назначении Эвтариха на консульство, провел триумфы в Риме и Равенне" - как-то так.
Вряд ли, предыдущий текст (14, 79): Igitur rex Theodericus illiteratus erat et sic obtuso sensu, ut in decem annos regni sui quattuor litteras subscriptionis edicti sui discere nullatenus potuisset. De qua re laminam auream iussit interrasilem fieri, quattuor litteras "legi" habentem; unde si subscribere voluisset, posita lamina super chartam, per eam pennam ducebat, ut subscriptio eius tantum videretur.
В переводе того же В.М.Тюленева:
Так вот, Теодерих был неграмотен и настолько груб умом, что за десять лет своего правления так и не смог научиться писать четыре буквы, чтобы подписывать свои эдикты. Поэтому он приказал изготовить золотую пластину с вырезанными в ней четырьмя буквами LEGI, и когда он хотел что-то подписать, то, положив таблицу на лист, водил по ней, в результате чего на листе оставалась его подпись.
Ни логически, ни синтаксически эти отрывки, по-моему, никак не связаны. Интересно, что перевод обоих отрывков В.М.Тюленев начинает почти одинаково "так вот" и "и вот", хотя в первом случае igitur, а во втором - ergo.
А что, назначение кого-то консулом действительно могло стать основанием для триумфа? Для меня как для республиканца это выглядит странновато.
В том смысле, что для триумфа необязательно нужна победа над внешним врагом? Да, это так. После того, как Рим перестал быть столицей, уже вступление в него императора (adventus) было поводом для триумфа. Аммиан Марцеллин сетует по этому поводу в связи со вступлением в Рим в 357 году Констанция II (16.10.1-2):
Констанций, как будто он запер храм Януса и поверг всех врагов, захотел посетить Рим, чтобы после гибели Магненция справить триумф над римской кровью, не принимая никакого титула. Самолично он не победил никакого народа, находившегося в войне с Римом, не получил также вести о поражении какого-нибудь народа благодаря доблести своих полководцев, не прибавил новой области к римской державе, никогда не видели его в трудную минуту на поле брани первым или в числе первых. Но он хотел показать блистательную процессию, сверкающие золотом знамена, великолепную свиту мирному народу, не имевшему надежды увидеть когда-либо что-нибудь подобное и даже не мечтавшему об этом.
Формально поводом для торжественного вступления Констанция послужила vicennalia его правления.
Тот же Теодерих в 500 году совершил торжественное вступление в Рим по поводу своей tricennalia (существует дискуссия по вопросу, не следует ли исправить tricennalia на decennalia и какое именно событие послужило точкой отсчёта, но есть консенсус в том, что праздновалось не какое-то текущее событие, а именно годовщина. С этим adventus поздние императоры и готские короли совмещали празднование и других дающих для этого повод событий, об этом: Massimiliano Vitiello. Politica, amministrazione e propaganda nell’”adventus” dell’anno 500 (Considerazioni sull’ ‘Anonimo Valesiano II’) // Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Vol. 53, № 1 (2004), pp. 73-120).
Вообще можно сказать, что фактически место классического triumphus занял adventus, но применительно к нему продолжал употребляться и старый термин.
Кстати, Кассиодор в поздравительной речи Эвтариху по поводу консульства заявляет, что назначение на эту должность предпочтительнее любых военных побед.
